— Если только девчонка была инициирована, — задумчиво произнесла Лиза. — Сами подумайте, если Олеся еще девственница, то и сущность неактивна, и питаться ей не нужно.

— Денис? — теперь все смотрели на застывшего Разина.

— Что? Я не знаю… Точнее, я был всегда уверен, что она уже… — он замолчал, вспоминая тот вечер и жадные прикосновения в кабинете. — Перед покушением мы так далеко не продвинулись.

— А потом? — поинтересовался Саид, постукивая пальцами по подлокотнику дивана.

— Я с ней не спал, — отрезал тот и потёр висок. Голова от количества информации готова была уже лопнуть. — Ты думаешь, что она еще не инициирована?

— Есть другие предположения? — пожала плечами Лиза. — У меня нет, но я с удовольствием послушаю ваши варианты.

— А её сестра? — поинтересовалась Таня. — Та, с которой напортачил некромант Седого? Что с ней?

— А вот Алиса, она же Екатерина Стриж, — это совсем другая история, — ответил, привлекая к себе внимание, Игорь.

Денис весь подобрался, исподлобья наблюдая за другом и ловя каждое слово, произнесённое им.

— Сегодня мы проверили её на ряд стандартных показателей, тех, что раньше не использовали. Сами понимаете, что в них совершенно не было необходимости, она же человек, не ведьма.

— И что? — нетерпеливо поинтересовалась Лиза, которую вся ситуация явно выводила из себя. — Она ведьма?

— Нет, — покачал головой Игорь. — Сейчас нет. Однако кое-какие следы при сканировании мы обнаружили. Лишь остатки магии. Алиса Стрельцова, в отличие от своей сестры, была инициирована и, судя по фону, довольно давно. Но в связи с тем, что она ничего не знала о своём происхождении и понятия не имела, что с этим делать…

— Она сгорела, — закончил Сергей.

— Да, и Алиса это поняла. Вот только было уже поздно.

— Значит, она знает правду, — подытожил Дима.

— Какую именно, сказать не могу. Добиться от неё так ничего и не удалось. На контакт она не идёт, считывание запрещено, единственное, что мы можем, — это пытаться её разговорить. Но получается не очень хорошо. Она ненавидит нас всех, очень искренне ненавидит.

— Потому что мы бросили её. Бросили, как ненужную вещь, и ничего не сказали. И она второй раз лишилась магии, но в этот раз навсегда, — прошептала Настя, и Дима тут же привлёк её к себе.

— В этом нет твоей вины. Не ты пробуждала её сущность, — шепнул он, целуя её в макушку.

— Да, на мне вина за испорченную жизнь Олеси, — горько усмехнулась женщина.

— Я бы не был столь категоричен, — вмешался Разин. — Уверен, Олеся была счастлива все эти годы и не приемлет другой жизни. Это для нас жизнь без магии невыносима, мы не представляем, каково жить в одиночестве, не имея возможности чувствовать сущность, резерв, без погружения и всяческих магических закидонов. Но Олеся другая. Я знаю.