Перебирая вешалки с дорогой одеждой, я с досадой кусала губы и всё никак не могла сделать выбор. Это была не моя одежда и совершенно не мой стиль. А часики тикали, напоминая о времени, которого у меня не было.

В конце концов я остановила свой взгляд на узких брюках и тёмно-зелёной шелковой рубашке с кротким рукавом, украшенной узким чёрным кружевом. Волосы собрала в привычный пучок, стараясь, чтобы кудряшки встали на место и не выбивались, делая меня похожей на взбесившийся одуванчик.

Смотря на себя в зеркало, я не могла не признать, что у Белль потрясающий вкус, изумрудная блузка идеально гармонировала с цветом волос и молочной кожей, а брюки выгодно подчёркивали пятую точку.

— Вкус есть, а меры маловато, — пробормотала я, пытаясь минимизировать глубину выреза, в котором очень хорошо выглядывал предмет нижнего белья. — Вся одежда слишком на грани приличия.

Разин ничего по поводу моего внешнего вида не сказал. Лишь глянул поверх кружки с дымящимся кофе и вновь уткнулся в ноутбук, который стоял рядом с ним на столе, со знаменитым лейблом на крышке.

— Кофе, круассаны, — сделав глоток из кружки, сообщил мужчина, не отрывая взгляда от голубого монитора.

— Из Парижа?

— Что? — на меня Разин всё-таки посмотрел, причём выражение у него было такое рассеянное, что я не смогла удержаться от нервного смешка.

— Круассаны из Парижа?

— Нет. С Сейшельских островов.

Я едва не уронила кружку от удивления, капельки кипятка попали на кожу, заставив болезненно поморщиться и потереть кисть о брюки.

— Что?

— Это моя сестра пекла. Она всегда, когда нервничает, занимается готовкой. Передала утром с мужем.

— Кхм, — пробормотала я, присаживаясь за стол и убирая непослушный локон, которому всё-таки удалось выбраться из причёски, за ухо. — Понятно.

— Попробуй, очень вкусно. С клубничным конфитюром. Таня отлично готовит, в отличие от Лиз. Хотя и у той бывают проблески домовитости.

— Угу.

Аппетит пропал окончательно. Как-то не укладывалась в моей голове мысль о том, что могущественная ведьма, живущая на Сейшельских островах, может поставлять мне, обитающей в тайге, круассаны на завтрак.

Вдохнув горький аромат кофейных зёрен, я уставилась в окно, ни о чём конкретно не думая. Но Денис расценил мою задумчивость по-своему.

— Волнуешься?

Я пожала плечами, продолжая изучать голубое небо и зелень деревьев.

— Не знаю. О чём мне с ней разговаривать? Оказалось, что я совсем не знала свою младшую сестру. И она мне не сестра вовсе, — горько ответила ему, вновь вдыхая запах кофе, но не делая глотка. Мне нравилось просто чувствовать этот аромат, а не пить напиток.