Мысли снова вернулись к его словам.

Отвела руку, не убила… спасла.

Это не давало мне покоя, тревожило и не позволяло вновь спрятаться в свою раковину, чтобы там спокойно ждать суда и наказания.

Сомнения, вопросы, тревога и непонятное чувство неправильности. Что-то здесь было не так, но я никак не могла понять что. И последующие два дня ясности в происходящее не внесли.

Теперь во время моих допросов обязательно присутствовал Разин. Мужчина спокойно заходил, ставил в уголок принесённый стульчик, садился на него и принимался на меня смотреть.

Он ничего не говорил, не задавал вопросы, а просто глядел. Постоянно! Не переставая. И это выводило из себя больше всего.

Мне не надо было поднимать на него взгляд, чтобы понять это. Я чувствовала его внимание, каждой клеточкой ощущала, как некромант на меня смотрит, будто касаясь невидимой лаской.

Страж продолжал что-то спрашивать и рассказывать, но я большей частью отмалчивалась, боясь, что попаду впросак, слишком занятая собственными чувствами, чтобы нормально думать и реагировать. Иногда так хотелось вскочить и накричать на него, спросить, что он тут делает. Неужели нечем заняться?

Денис Разин — колдун, который перевернул мою жизнь с ног на голову и никак не хотел отпускать. Мужчина, который тревожил моё сознание и душу.

— Завтра состоится первое заседание, — заметил Туманов, привлекая к себе внимание.

— Знаю, — тихо ответила я, чувствуя, как взгляд Разина щекоткой ласкает скулу и спускается по шее.

Мне сразу же захотелось прикрыть её. Я даже дёрнула рукой, но тут же опустила обратно на колени и сжала пальцами ткань футболки. Нельзя реагировать, нельзя выдавать своей слабости! Во всем виноваты эти сны.

— Не передумала? — вздыхает Страж.

Взгляд колдуна опускается, лаская плечи, ключицу, и следует ниже. К своему стыду я внезапно почувствовала, как начала покалывать и набухать ставшая чувствительной грудь. Стиснув зубы, быстро сложила руки, чтобы хоть скрыть свидетельство своего позора.

— Нет, — пробормотала в ответ, ненавидя своё тело и реакцию на несносного колдуна.

— Ты ещё можешь спасти себя и помочь сестре. Она ввязалась в плохую компанию, Олеся. Но всё ещё можно изменить.

Я хотела помочь. Очень хотела и отчётливо понимала, что это будет правильно. Надо всё рассказать, но не знала, как это сделать. Это было странно и необъяснимо, но мне будто что-то мешало. Какая-то стена, которая не давала сделать правильный выбор. Я кидалась на неё, стучала и не могла пробиться. Очередной сюрприз от Алисы?

Не знаю, потому что спросить об этом Стража тоже не могла.