Олеся усмехнулась и будто успокоилась, решив не продолжать эту щекотливую тему.

— Вкус… И какой у меня вкус?

— Не знаю, — честно ответил Дэн, делая последний шаг и касаясь рукой её щеки, очерчивая коралловые губы и обхватывая подбородок. — Но узнаю. Сейчас.

— Сейчас, — пробормотала девушка, и светло-карие глаза заволокло поволокой желания.

Он, словно хищник, матёрый волк, чувствовал, как меняется её запах и учащается сердцебиение. И видел искры страсти, которые еще несмело сверкали вокруг них, грозя превратиться в фейерверк. Жаль, она этого не видит.

Дэн всегда любил прелюдию. Даже больше, чем сам секс. Это же искусство, тонкая грань между обычной подпиткой голодной сущности и настоящей любовью, которая была недоступна порождениям тьмы.

Вот и сейчас спешить он не стал, наслаждаясь первым поцелуем, пробуя на вкус её нежные губы, ловя судорожное дыхание, мягко, но требовательно касаясь обнажённых плеч, спины и тонкой талии. Пока не сжал округлые бёдра, рывком усаживая девушку на стол.

Что-то упало на пол, но это был лишь жалкий шум на фоне страсти и желания.

Развести ноги в стороны, задирая узкую юбку чуть ли не до талии, встать между ними и прижаться ещё теснее, чтобы она почувствовала всю степень его желания. И целовал так, словно это в самый последний раз.

Сжимать и гладить, обнимать и ласкать. И снова целовать, не в силах оторваться, чтобы сделать вдох.

Такая маленькая, хрупкая и в то же время яркая, как огонь, что полыхал в волосах. Денис вновь не ошибся, она и правда страстная.

— Леся…

Хриплый шёпот, и девушка дрожала всем телом, часто дыша.

— Леся…

Слабый стон и закушенная губа.

— Произнеси моё имя, — шептал он, поглаживая внутреннюю сторону бедра, но не приближаясь к кружевному треугольнику. Почему-то Разину было важно услышать своё имя в её устах. — Скажи…

— Денис, — выдохнула она, а бедра качнулись к нему навстречу.

— Да, — не дать ей ни единого шанса отказаться, оттолкнуть его, опомниться и сбежать.

«Хочу!» — ревела сущность.

Сдерживаться было практически невозможно, кровь гулко стучала в висках, брюки стали невероятно тесны. Хотелось расстегнуть молнию и парочкой движений достичь наивысшей точки, купаясь во вкусе её страсти и наполняя резерв до максимума…

Так много всего хотелось. Но нет, спешить он не станет. Только не с ней. Что в ней такого особенного, Денис и сам не знал, но привык доверять себе и своим чувствам.

— Нет, — простонала она, выгибаясь назад и вцепившись пальцами в столешницу, когда мужчина осторожно отодвинул пальцами треугольный лоскуток кружевной ткани и коснулся влажных складок.