Песнь оборвалась.

В оглушающей тишине Альба открыла глаза, чувствуя странную пустоту в животе, там, где было золото. От него осталась лишь искра. Искра, нужная чтобы…

— Осторожно!

Альба не успела даже повернуться в сторону смазанного движения от ближайшего дерева, когда что-то смердящее и четырехлапое врезалось в нее, смыкая челюсти на в последний момент подставленной под удар правой руке.

Мир разорвала боль. Свен крутанулся, разрубая тварь на части ударом меча — но немертвый зверь был не один.

Альба на одних рефлексах левой рукой выхватила каким-то чудом не потерянный во всем творившемся хаосе клинок. Взмахнула, отгоняя ближайшую смердящую дохлую псину. Попала по кому-то движущемуся. Что-то разрубила. Успела отбросить клинком в сторону еще одну тварь, нацелившуюся в горло. С воплем ярости обрушила меч на что-то, бывшее в прошлом не то рысью, не то шакалом. Успела уклониться в сторону от еще одного умертвия, созданного из человека, обрушила на его шею клинок…

И существо, которому у Альбы не хватило сил отрубить голову, неожиданно обрушилось на землю грудой плоти, больше не пытавшейся двигаться. Как брошенная кукловодом марионетка.

Оставшиеся на поляне твари также в один миг осыпались грудами костей и мышц.

Рядом тяжело дышал Свен.

— Ткач мертв. Бесповоротно, — рыжий с трудом переводил дыхание. — Его твари тоже. Все закончилось.

У Альбы не было сил радоваться этому. Ни на что толком не было сил. Она опустилась на землю, чувствуя, как пульсирует боль в прокушенной руке.

Золотой огонь в животе превратился в угли. Не ушел насовсем — но утих. Словно бы то, что питало его, было заемным, а без этого заемного остался только хиленькое, едва горящее пламя, сейчас не то что не способное вырваться в мир, а даже и не согревающее толком.

Висла нигде не было видно. Ушел? Пропал? Остался…

— Где Хамл? — спросила Альба, не способная толком ни на чем сосредоточиться.

Она только сейчас поняла, что висл, последние три дня не отходивший от нее, как исчез там, в мельнице, так и не вернулся.

— Не знаю, он сбежал, когда ты исчезла в подвале, — Свен обошел ее и какими-то рваными, кривыми жестами дрожащими руками пытался сотворить какое-то плетение.

Раза с пятого, кажется, сумел.

Альба без всякого интереса следила за его действиями.

Короткая схватка окончательно исчерпала ее силы. Нити золота, пронизывающие мир, исчезли после того, как дар Кузни выполнил свое предназначение. Остались лишь крошечные всполохи Истинного пламени, нужные для совсем, совсем иного.

Даже просто сидеть ровно уже было сложно.

— Альба, — голос Свена казался глуховатым, но даже так в нем был хорошо слышен испуг. — Стасское зелье, которое Амири тебе подарила, у тебя с собой? Альба, слышишь меня?