Альба не двигалась, из-за застилающих глаза слез ничего не видя перед собой. Не двигалась, стараясь дышать глубоко и успокоиться, проглотить комок в горле. Зверек обхватил ее руку здоровой лапкой и, кажется, пытался мурчать как самый настоящий кот.

Неожиданно на плечо легла рука. Менталист ничего не сказал, встав рядом, но от прикосновения расходилось мягкое тепло.

Альба закрыла глаза, стараясь выровнять дыхание, сосредоточиться на телесных ощущениях, на корнях под ногами, на холоде вокруг, на прикосновениях, ослаблявших боль в груди. Пережидая, отгоняя миг давящий грудь слабости.

Через несколько десятков вдохов и выдохов ей наконец удалось взять себя в руки. Что она, в самом деле…

— Простите. Не знаю, что на меня нашло, — пробормотала Альба.

Теор чуть сжал ее плечо в жесте немой поддержки и убрал руку.

— Извиняться стоит мне. Желая научить соизмерять опасности и возможности я лишь навредил своим «экзаменом», — с сожалением признал менталист. — Ты устала. Эмоционально в первую очередь. К тому же сейчас между тобой и вислом формируется связь — и это выматывает, — Теор встал перед Альбой и поймал ее взгляд, с теплотой смотря в глаза. — Ты очень многое пережила, и никакая потеря не проходит бесследно. Ни для кого. И если ты захочешь поговорить, о чем угодно, не только об обучении и плетениях, помни — я всегда готов тебя выслушать. Ты здесь по воли магии, но Воплощение приводит не жертвенных агнцев, оно дарует жизнь во всей ее полноте.

Висл-кот замурчал сильнее, словно стараясь подтвердить сказанное менталистом.

— Спасибо, — тихо проговорила Альба.

До лагеря они шли в молчании. Альба и так сказала больше, чем хотела, и Теор не принуждал говорить дальше. Его молчаливое присутствие отгоняло ночную темноту.

Висл по-прежнему тихо мурчал, обнимая маленькими лапками своего человека.

* * *

— Я смотрю, любят эти четверо из леса проблемы приносить, — декан Айвор, подбросив в костер пару поленьев, взмахом руки заставила пламя разгореться ярче и укрепила чары против подслушивания.

Сейчас утомленные первокурсники спали как убитые после длинного дня. Впрочем, Айвор не удивилась бы, узнав что крепость их сна была искусственно увеличена.

— Сейчас — одна Пришедшая, — спокойно ответил задумчивый Теор.

Вильгельм спал, и Айвор это радовало. Друг менталиста был все-таки ей чужим, и сейчас хотелось все обсудить без свидетелей. Теор был уверен, что на Моро можно положиться, ставил вместе с ним защиту — пускай. Но этот разговор не предназначался для чужих ушей.

— Удивительно, — с сарказмом откликнулась Айвор. — При том, что де Стен и ван Хатен явно рано или поздно дуэль устроят, я удивлюсь, если остальные двое ни во что не влезут до конца практики.