Завершение дня вышло скомканным. При этом Хамл, обратно возвращавшийся на плечах Альбы, выглядел довольным, хотя в причинах этого довольства и не сознавался.

«Ты словно сметаны съел».

«Съел», — лаконично отозвался висл.

«Мне о чем-то нужно знать?»

«Пока нет».

Альба хмыкнула. Вот ведь… Нелюдь. Со своими секретами.

«Я просто хочу чтобы все правильно было», — заявил этот прохвост и, спрыгнув на землю, шмыгнул в приоткрытую дверь поместья.

Пришедшей не надо было даже видеть, достаточно было чувствовать то, что Хамл шмыгнул в каморку к завхозу.

Альба с трудом удержалась от укола ревности — висл от этого угрюмого Рональда не отходил. Что, нашел нового хозяина? Или просто задабривал перед очередным шныряньем по подвалам? Может и так, конечно…

После визита Хамла на «огонек» Альба думала, что день больше сюрпризов не принесет. Но ошиблась, хотя сюрприз на этот раз был скорее приятным: несмотря на все обещания, магистр Оз на вечернем обсуждении дня никаких лишних «тем» поднимать не стала. Заметила только, что больше никого в свою группу не пустит — и все. Ну и напомнила про опасности менталистики в неопытных руках, но это Альба просто пропустила мимо ушей. Ничего нового.

У магистра Ярги не было к ней претензий — и это не могло не радовать. Особенно с учетом того, что к завтрашним практическим занятиям по алхимии нужно было еще подготовить лакмусовые бумажки, расфасовывать порошки, которые предполагалось смешивать, набрать себе опилок для того чтобы огонь подкрасить, и сделать множество других мелких, но нужных дел.

Закончился рабочий день уже глубоко за полночь. Альба, выпив очередной алхимический тоник, поднялась к себе.

Никаких шагов. Никаких голосов. Ничего странного.

Ничего, кроме странного, выматывающего сна, в котором Альбе, оказавшейся почему-то в знакомом лесу, привиделся незнакомец, мелькавший за деревьями. Смутный силуэт на самой грани восприятия, почти незаметный, если не присматриваться.

Пришедшая попыталась приблизиться к нему, но не вышло — стоило попробовать, как резкий птичий вскрик ворвался в разум и разрушил сон.

Под боком мурчал Хамл, в комнате царили темнота и тишина…

Альба на всякий случай бросила вокруг несколько плетений — и для обнаружения живых и разумных, и тех, которые помогли бы отсечь постороннее влияние через сон, если такое имело место быть. Хотя она бы почувствовала, реши с ней связаться Теор, а просто так прикоснуться к незнакомому спящему сознанию не крайне, крайне непросто. Даже к сознанию неодаренного, что уж про менталиста говорить.

Скорее всего, фигура из сна была тревогой. Альба уже видела такое перед экзаменами… А тогда она выматывалась даже меньше.