Альба огляделась вокруг. Никого.

Это что — подсказка? Или совпадение?

Она отодвинула ветку из простого любопытства — и заметила в траве у самого дуба что-то блестящее. Протянула руку, касаясь вещицы — и в ту же секунду в разум врезалась одна за другой череда образов:

Мужчина и женщина в богатых одеждах. Чаша — в куске камня. Еечаша. Пылающий дом. Побег. Умирающий мужчина, кричащая женщина. Эта же самая женщина, оставляющая ее-младенца на пороге какого-то дома с лицом, полным сожалений. Воздушный поцелуй и шепот «Мы еще увидимся ».

Альба моргнула, возвращаясь в реальность.

Чувствовала она себя до крайности странно. Словно в этих образах были какие-то ощущения, что-то важное — но для нее это «важное» оказалось как-то неважно.

Например, она очень хорошо понимала, что мужчина и женщина — ее отец и мать. Но в то же время Альба так же ясно понимала, что ее мать и ее отец были вовсе не отсюда. Она должна была ощущать скорбь по родовому поместью — но ее семья жила в квартире многоэтажки. «Мать» обещала увидеться, но ее мать была мертва. Альба сама ее хоронила.

Эмоции словно бы шли немного отдельно от образов. Альба видела все как в кино, будучи зрителем.

Она посмотрела на тонкую цепочку в своей руке. Теперь в нем не было никакой магии, хотя до того что-то подсказывало, что стоило получше присмотреться к плетением на нем.

Она нашла послание. Но — не адресата. Увы.

Ведь Альба точно не могла быть тем младенцем из видения. Вот точно.

Точно же?..

Она в некоторой растерянности подумала, не стоит ли направится к Теору и поговорить с ним об увиденном. Контакт использовать она не хотела, срочности не было, и отвлекать и так явно крайне занятого преподавателя тем способом, которым она обычно рассказывала о проблемах как-то не хотелось.

Увы, магистра в кабинете не оказалось. Впрочем, если учесть, что сегодня было воскресенье — то и неудивительно. Ладно, эта цепочка явно давно лежала у дуба, наверняка же с тех пор, как послание было написано — и ничего. Значит до следующего занятия подождет.

Остаток дня в библиотеке прошел как в тумане. Уже за ужином Альба собиралась поделиться с вернувшимся из города Свеном своей историей, но обнаружила, что Свен, Жан и Амири уже заняли стол, отгородив его пологом неслышимости, и призывно махали руками.

Альба взяла еду и направилась к ним с вислом на плече.

Стоило пересечь черту заклинания, как Свен выпалил:

— Я нашел того, кто владел домом все это время. Эдвард Самм, дед Беатрикс.

Альба уставилась на рыжего.

Она окончательно перестала понимать что-либо в происходящем.