Если это наваждение — то зачем? Атаковать? Вряд ли. Да и кто бы стал нападать сразу на тридцать человек в стенах университета. Розыгрыш? Кому такое под силу…

Урок, как с измененной памятью? Испытание… Вот только — испытание чего?

Альба попыталась использовать плетение, возвращавшее из ментального поля Безуспешно. Значит, суть была не в этом. Но оно и понятно — остальные ведь этой магией не владели, так? Да вообще почти никакими ментальными плетениями пользоваться не умели пока. А урок должен быть усвоен всеми, разве нет?

Разгадка должна была быть простой.

Альба обернулась кругом, прислушиваясь к своим ощущениям. Темнота. И тишина. И пустота.

Это место было ничем — и всем разом. Какой-то словно бы прихожей, из которой можно идти куда-то дальше или стоять тут в нерешительности. Или стоять и смотреть в темноту, ожидая, когда она посмотрит в ответ и страхи обретут плоть.

Допустим. Но что дальше? Стоять и смотреть в никуда нет смысла, темнота создать монстров. Значит надо двигаться. И куда, в общем-то, ей идти?

Альба обернулась еще раз. Темнота. Темнота-темнота-темнота. Ни указки, ни стрелки, ни даже промелька каких-то направляющих. Решать ей получается, так?

Темнота рождает не только монстров. В ней может быть что угодно.

Промельк мысли — и неожиданно на горизонте появился роскошный дом. Ее дом. Двухэтажный особняк из тех, что можно было мельком увидеть в дальнем пригороде Избора. С барельефами, резными ставнями и целым собранием дорогих и ценных вещей. И бассейном. С павлинами.

С последнего образа Альба не удержалась и фыркнула. Вот никогда не думала, что она правда хочет себе ручных павлинов. Никогда. Да и особняк… Да, надо будет искать дом какой-нибудь по окончанию университета. В магистратуру и аспирантуру надо еще поступить на бюджет. Хотя, может, пробовать на практику к Искателям идти, авось получится ставку выбить…

Да, конечно, нужно в будущем где-то жить и на чем-то спать. При одной мысли о том, что она, покинув университет, останется одна в незнакомом мире без гроша в кармане становилось нехорошо. Но вот эти павлины… Ну уж. Ей такого не нужно, и попроще комнаты хватит.

Особняк вдруг стал представительством какой-то важной контригры. От одной мысли о том, чтобы там работать и всем заправлять, заломило зубы. Альба никогда не хотела быть начальником. Она и старостой-то быть не хотела совсем, согласилась только потому, что на нее рассчитывали. И, честно говоря, после речи архимага и правда надеялась, что чем-то может помочь одногруппникам. Хотя бы и опытом того, как делать не надо.