На нее рассчитывали…

Альба встряхнулась, осознавая этот факт.

Ей пришлось побывать в месте и куда хуже этого. При мысли о том горном озере у входа в Кузню по телу по сей день проходила дрожь. Но Альба прошла это, и теперь справилась с тревогой, способная выбирать, чем заполнить черноту вокруг. А остальные? Те, кому не доводилось переживать ничего подобного, кто не работал с полем, кто не мог сориентироваться в этой странной реальности?

У нее, Альбы, хватило знаний, умений и опыта разобраться в происходящем. А остальным?

Она ведь могла им помочь. Альба чувствовала это. У места, где она оказалась, надо лишь попросить…

И она попросила.

И оказалась лицом к лицу с высоким, властным мужчиной с ремнем в руке. За ее, Альбы, спиной кто-то был. Кто-то, к кому из темноты пришел этот мужчина-демон, этот страх. Кто-то, кто оставался один на один с этим… существом.

Это было знакомо. Ей — знакомо. Но прошлое оставалось в прошлом, а настоящее можно изменить.

Альба протянула руку и толкнула мужчину обратно в темноту. Она не оборачивалась, зная, что этого просто не следовало делать. Тот или та, кто были за спиной, вольны быть здесь, в темноте, без мужчины-демона. Без прошлого. Без страха.

На горизонте появился красивый дом. Не ее дом.

Альба сместилась в сторону, пытаясь понять, нужна ли кому-то еще ее помощь.

В следующий момент она оказалась на поле боя. Кто-то в доспехах и с мечом сражался с целой ордой нежити. Альба, не задумываясь, бросилась на помощь, размахивая невесть откуда взявшимся мечом. Это было почти весело — просто потому что она наконец могла дать себе волю. И потому что в один момент появился еще один рыцарь, пусть и с другим гербом, и втроем они казались почти непобедимыми, разрубая на части десятки немертвых.

Потом Альба почему-то вела за руку из леса потерявшуюся крошечную девочку.

Потом искала отравленные блюда за столом.

Следующая сцена вообще казалась до жути сюрреалистической — она почему-то в роли жука рядом с другими двумя жуками переправлялась через стол, где их все время кто-то пытался поймать, желая добраться до вазы со сладкими.

Потом Альба старалась вместе с незнакомым мальчиком выйти из лабиринтов библиотеки так, чтобы не заметил живущий там монстр.

Помогала неясной тени ребенка достать с верха дерева висящую там сладость, а большому побитому жизнью коту — отогнать собак от подруги-вороны.

Потом она очутилась в неожиданно светлом месте. До боли светлом. Даже белом. Эта была геометрически очень правильная комната, в центре которой стоял человек. Просто стоял, опустив руки. Все было правильным — а он нет. Он просто не мог быть правильным.