Моро еще раз выругался.

— Заложников небось хочет взять. Поговори, а?

— Попробую.

Теор тяжело вздохнул. Он прекрасно видел защиту, носимую магистром Койт, и понимал, что ее придется ломать.

На расстоянии. На скорости, из-за которой это самое расстояние постоянно менялось…

Менталист закрыл глаза, создавая плетение ван Гирата, способное облегчить дистанционную работу с незнакомым контактным. На мгновение Теор различил самые яркие эмоции окружавших его разумных: азарт Моро; удивление возницы-Гончей, который никак не мог догнать простой рейсовый дилижанс с так себе кристаллом; ужас пассажиров рейсового, не понимавших, почему их возница гонит и гонит, сворачивает неизвестно куда и вновь гонит; защиту на разуме Генриха; тонкую линию, связывающую разумы Койт и гражданского возницы, подчиненного ей через ментальный усилитель…

Выходить на контакт с разумом сталийского магистра было так же легко, как пытаться зацепиться за поверхность идеально гладкого шара. Явно какой-то защитный артефакт… А артефакты всегда можно сломать. Всегда, были бы силы и время.

Но можно пойти и иным путем.

Менталистика — всегда взаимодействие. Даже Подчинение — взаимодействие.

Теор коснулся разума подчиненного возницы, коснулся, аккуратно встраиваюсь в чужое поле, аккуратно выходя уже не в контакт, а в слияние. Успокаивая — и подцепляя нити подчиняющего взаимодействия возницы и Койт, нащупывая открытый проход за щиты чужого разума.

Взаимодействие можно использовать. Можно пройти по тому контакту, который использовала сама Койт, контакту, который не обрубали ее щиты. Секунда, другая… Мир Теора сузился до тонкой, кропотливой работы, до движения собственного сознания по исчезающе-тонкому пространству между слоями защиты сталийки…

Вот он за щитом, в сознании Койт. В царстве страха и боли. В царстве ужаса… Ее племянник — у Них, и он, самое дорогое, что у нее есть, будет убит, если она не доставит Генриха. С болью соседствовало сожаление, горечь — наследник-кантонец ведь ей правда нравился.

В разум Теора хлынули воспоминания.

Вот он-Койт идет по темным коридорам Академии. Вот видит того, кого знает как Нетара, опасного выскочку-менталиста, увлекающегося какими-то сомнительными боевыми инициативами. Вот он-Койт думает о том, что делать с Генрихом без ван Керата, который всегда обеспечивал безопасность наследника. Коллегу купили? Сам ушел? Пришлют ли кого-то на замену или…

Еще одно воспоминание.

Записка, переданная неизвестным типом около портальной площадки:

«Мальчик у нас. Верни самозванца. М.»

Еще воспоминания, и еще, и еще…