В кресле рядом с кроватью сидел Владыка и с непонятным блеском в глазах смотрел на меня. Я бросила взгляд вниз, на шелковую бежевую сорочку на тонких бретелях, и тут же прикрылась. А потом… Мамочки! Моя светлая кожа! Это же она!

События вчерашнего вечера ураганом пронеслись в голове. Я подскочила с кровати, даже не задумавшись о сорочке и находящемся в комнате Ллайде, и подбежала к зеркалу. Точно! Это же я! Как же невообразимо приятно вновь видеть себя… а где…

— Крылья, — выдохнула я, — где же мои крылья?

Я развернулась к Владыке и застыла. Ох, зря я наверное тут воображала перед зеркалом. Взгляд мужчины был потемневшим, он скользил по моей фигуре, а я… я воспламенялась и таяла под этим взглядом. Дракон плавно поднялся с кресла и медленно подошел ко мне, все еще продолжая любоваться. Подойдя совсем близко, он провел носом по моей щеке и развернул меня к зеркалу. Затем он провел ладонью вдоль позвоночника — у сорочки была открытая спина до самой поясницы, предоставляя Владыке полный доступ к обнажённой коже. Его пальцы будто пускали импульсы по моему телу, и вот за моей спиной распахнулись прекрасные розово-голубые крылышки.

— Они остались татуировкой на твоей спине, и я оказался прав, предположив, что их стоит только позвать, — прошептал Ллайд мне на ухо, пуская толпу мурашек по моей коже. — Кажется, ты требовала осмотра нижнего белья студенток?..

— Не всех, — произнесла я, повернувшись и положив ладонь на грудь его снежности. — А лишь одной конкретной.

— Особенно рьяно заботящейся о нравственности в академии.

— Но ваша снежность, вы все перепутали! Это вы прикрывались заботой о нравственности в академии, я же всего лишь пыталась вывести вас на чистую воду.

— Каюсь, — произнес Ллайд безумно чувственным голосом, от которого мурашки побежали по телу. — Я виноват и готов искупить вину. Кажется, ты говорила о каком-то наказании… поцелуем.

— Поцелуем другого. Вы вновь все перепутали, — укоризненно произнесла я и ткнула пальцем в плечо Владыки. — И я вас еще не простила, ваша снежность. И… — Я запнулась и, отступив на шаг, дотронувшись спиной по холодной поверхности зеркала, продолжила: — Ты ведь обо мне ничего не знаешь.

— Я знаю тебя, а остальное — не важно.

— Я из другого мира, — выпалила я и почувствовала облегчение, что я наконец-то смогла все рассказать. — И у меня был жених. В другом мире. Которому я еще не вернула кольцо и не расторгла помолвку. Когда мы встретились, я как раз собиралась это сделать.

— Помню, ты говорила о нем в нашу первую встречу. Точнее, угрожала им.