Прорыв под Владимиром-Волынским угрожал глубоким охватом 5-й армии. У Равы-Русской ситуация чуть стабильнее. Потапов держался, но его доклады звучали все более отчаянно. Немцы лезли напролом, не считаясь с потерями.

Я отпил глоток холодного, горького чая. Данные, приходившие с передовой, были не просто цифрами потерь. Это были батальоны, полки, знакомые фамилии их командиров. Вот только я заставлял себя смотреть на них как на расходный материал.

— Связь с 8-м мехкорпусом! — приказал я.

Через минуту в наушниках раздался голос командира корпуса, генерал-лейтенанта Рябышева. Он был собран, но в его тоне чувствовалось напряжение зверя в клетке, которого держат на цепи.

— Товарищ командующий! Корпус в полной боевой готовности. Люди рвутся в бой. Ждем вашего приказания

Я посмотрел на карту. Немецкий клин под Владимиром-Волынским углублялся. Это был классический вариант, когда танковая группа Клейста рвалась к Луцку, стремясь отсечь наши армии.

В предыдущей версии истории наши мехкорпуса уже были бы брошены туда по частям и перемолоты. Сейчас они были целы. Однако бросать их на самое острие удара — это все равно что подставить под удар.

— Рябышев, слушайте меня внимательно, — сказал я, понизив голос, будто опасаясь, что нас услышат посторонние даже здесь, под землей. — Вы не пойдете навстречу Клейсту. Вы ударите ему в тыл, южнее Владимира-Волынского, туда, где сейчас наступают моторизованные дивизии, прикрывавшие фланг ударной группировки противника. Ваша задача заключается в том, чтобы прорвать их заслон и выйти в тыл основной танковой группировки. Заставить их развернуться, отвлечь силы. Не ввязываться в затяжной бой. Ударить, посеять панику, отойти. Понимаете? Ваша цель не отбросить, а дезорганизовать вражеское наступление.

— Вас понял, товарищ командующий. Надеюсь, Клейст не успеет перебросить резервы…

— Он будет занят фронтальным давлением на Потапова. У Клейста нет лишних резервов на фланге. Координаты и время начала операции поступят через час. Никаких радиопереговоров после начала.

Положив трубку, я почувствовал, как под ложечкой засосало. Это был огромный риск. Если Рябышев не сумеет выполнить задачу, один из лучших мехкорпусов округа будет потерян впустую, и путь на Луцк откроется.

Однако если он сумеет это сделать, то мы выиграем сутки, а может, и больше. Суть всей нашей подготовки, всех этих учений на фланговые удары, сводилась сейчас к одному этому приказу. Ко мне подошел старший майор госбезопасности Суслов, его лицо было мрачным.

— Георгий Константинович, шифровка из Москвы. Требуют объяснений, почему мехкорпуса бездействуют, пока немцы прорывают фронт?