Да, конечно, я все еще сомневался. Может быть я допустил катастрофическую ошибку? Мне наверняка нужно было устроить бойню в главном управленииᛋᛋ , в моем фирменном стиле перестрелять там всех начальников управлений, а Мюллеру вогнать пулю в башку в первую очередь. Такая идея у меня и правда была, но я от неё отказался.

Ибо в случае реализации этого плана я бы остался один на один с Ольбрихтом и хунтой. Начальники управленийᛋᛋ все же были не случайными людьми, набранными по объявлению, это всё были люди, хоть и конченые в моральном смысле, но хитрые, опытные, знавшие свое дело. Это были прожженные интриганы и мастера аппаратных игр. Они могли противостоять хунте Ольбрихта, более того: они могли делать это эффективно, они могли создавать Ольбрихту проблемы, даже если я умру. А вот новые люди, которых бы я назначил на их должности в случае казни старых начальников управлений — нет.

Классический попаданец обычно полностью обновляет себе команду, разгоняет старое правительство и сажает на его место новое. Но мне этот ход всегда казался нереалистичным. Ибо даже сантехнику ясно: полная смена команды всегда ведет к просадке эффективности управления, резкой и неизбежной. Я не мог себе сейчас позволить просадку. Даже если погибну — противостояние Вермахта иᛋᛋ должно продолжаться и усугубляться, это поможет нашим на фронте.

Кроме того, существовал пусть малый, пусть призрачный, но шанс, чтоᛋᛋ выполнит мой приказ и начнет упразднять концентрационные лагеря. А Ольбрихт под влиянием этого перепугается и выполнит требования Сталина. И тогда будет открыта дорога мирным переговорам, причем таким переговорам, в которых Германия будет слабой стороной, вот тогда моя историческая задача будет выполнена.

Перед самым вылетом из Берлина я еще успел отдать два приказа, возможно последние два приказа рейхсфюрера.

Во-первых, я вызвал в Падерборн штурмовую бригаду «Рейхсфюрерᛋᛋ ». Бригада была моторизированной, имела в составе несколько тысяч человек, с танками, зенитками, штурмовыми орудиями и всем положенным.

Бригаду начали создавать еще в феврале 1943, на базе личного батальона охраны Гиммлера. Я бы, возможно, даже доверял этой бригаде, названной в честь рейхсфюрера, если бы не тот факт, что курировал её в свое время предатель Раттенхубер, кроме того, при разворачивании бригады большая часть эсэсовцев в неё было набрано из «Мертвой головы», из бывшей охраны концентрационных лагерей. Вот поэтому-то я до сего момента с моей именной штурмовой бригадой и не контактировал, я не мог на них положиться.