— Эх, Мара, голова ты садовая.
— Чего сразу садовая? — заявила голова, затем голова на теле, а после и всё туловище. Мы же в лесу. Чащёвая!
— Пыча-пыча! — вдруг донеслось из кустов.
Пукс залился лаем, не поняв источника звука. Мара с Даймоном тоже посмотрели на фиолетовые волосы, затем пошли вдоль косматых прядок искать источник. Рано или поздно эти стелющиеся лохмоты должны были вывести их к началу. Ну, или к концу. Но тогда можно будет просто повернуть в другую сторону и ещё раз пройтись.
Дети обошли «горшок». Пукс снова загавкал, всем видом показывая, что именно его они и искали. Пудель даже слегка в размерах увеличился, повышая температуру тела от «местной» до состояния закипания.
Волосы, торчащие из горшка, слегка шевельнулись.
— Пыча-пыча, абчик! Киримага! — донеслось оттуда.
— О, живое! — радостно воскликнул Даймон и, достав смартфон, включил запись.
— Пока что, — уточнила Мара, потирая руки. — Дай мне его на один зубок! Мне только попробовать.
С этой беготнёй по лесу у проклятья не на шутку разыгрался аппетит. Хотя аппетит у неё в любую погоду был отменный. И особых поводов разыграться не требовал. Мара могла поглощать всё подряд, но предпочитала мясо в любом виде: жаренном, печёном, сыром или бегающем. От Мары всё равно никто не мог убежать.
— Дорогие подписчики, надеюсь, вы ещё не разбежались в ужасе. Потому что мы продолжаем наш репортаж, — продолжал спуск и запись демонёнок. — Летающую тарелку пока не нашли, зато обнаружили волосатый горшок. И, кажется, он что-то пытается нам сообщить. Говорит забавно, не по-нашему. Сразу видно, иностранец инопланетный. Возможно, это важное послание, которое поможет установить контакт с внеземной цивилизацией! Но это может стать новым тредом сезона. Или трендом? Благо, я в этом пока ещё не сильно разбираюсь. Но мне всегда есть чем вас удивить. Хештег внезапность.
— Фасоль-масоль, топчик! — заявило нечто из горшка, прищурившись и языком прицокнув.
— О! Он в тренде-бренде! — признал знакомое слово Даймон. — Ну, теперь все хит-парады наши. Мы же во все обзоры Сани Глухого и Мони Корявого ворвёмся!
Горшок заурчал, издавал приглушённые звуки, а ещё завибрировал, словно в нём что-то каталось. Но взлететь не получалось. Сила притяжения брала верх.
Мара наклонилась и приложила ухо к гладкому боку. Внутри горшочка что-то пыхтело и стрекотало, будто коготками скреблось. Затем слышались поцелуи.
Тут же нечто плевалось. Пока не сдалось и снова заявило:
— Меагульба? Пачёпа?
Мара посмотрела на брата и сказала:
— Да оно там есть хочет! Ты что, нас всех тут в лесу голодными решил оставить со своими съёмками? Искусство должно кормить актёров! А ну, еды давай!