Меня отбросило метров на пятнадцать. Я даже не успел выровнять полёт и позорно бухнулся на спину.

Правда, тут же перекувыркнулся назад через себя и вскочил на ноги.

И осмотрелся.

Мои космодесантники, подержавшие меня лазерным обстрелом и техниками жи́вы, как оказалось, тоже подошли довольно близко к Гуру и их тоже раскидало в разные стороны. Но все же находились они дальше меня и их космодоспехи не пострадали.

А вот мой оказался порядком изрезан. Правда, лишь верхний слой. Как говорится, жизненные коцики — на скорость не влияют.

Так, а где вражеский Гуру? Куда делся этот гад?!

Ага вот он! На байк садится!

И другие мотоциклисты тоже. Форкхово дерьмо! Это что же? Пришли, подрались, а как немного отхватили, тут же бегут? Такой шанс поймать этого подранного Гуру и заглянуть под маску!

— Не дайте им уйти! — услышал я зычный приказ великого князя Казанского. Отец Юли выглядел потрёпанным в бою, но в его глазах пылала жажда крови.

— Стойте! Лучше вам не идти за нами! Это «Сердце Мары»! Понимаете, что это значит? — вражеский Гуру выставил в нашу сторону правую руку. Пальцами он сжимал тёмный шар, который выпуклыми прожилками напоминал ссохшуюся голову.

— Всем стоять! — не своим голосом закричал Евгений Ромодановский.

Форхово дерьмо, судя по реакции великого князя Казанского, артефакт неподдельный и весьма опасный.

— Правильное решение, — одобрительно кивнул вражеский Гуру и повернулся в мою сторону.

Пять космодесантников, возглавляемых космодесантником в изящном тёмно-фиолетовом доспехе, стояли рядом.

— Вы превосходите все ожидания, Аскольд Андреевич. Сегодня победа за вами. Мы уходим. Клянусь. Так что не преследуйте нас, — он красноречиво повёл рукой с «Сердцем Мары». — До встречи!

Через секунду зарычали моторы мотоциклов. Все десять бойцов, так и не раскрывших ни своих имён, ни лиц, устремились вдаль, разрезая темноту июньской ночи мощным светом мотоциклетных фар.

— Ваша светлость! — взмолился один из бойцов великого княжества Казанского.

— Нет! — рявкнул Евгений Ромодановский и процедил сквозь зубы: — Пусть уходят. Даже Мастера могут не пережить взрыв «Сердца Мары».

Поморщившись, он направился в мою сторону.

Признаться, я хотел рвануть за недобитым Гуру. Уж очень сладок соблазн пленить птицу высокого полёта.

Однако же слова великого князя об артефакте отрезвляли. Я не хочу подвергать под удар своих людей. А отправляться одному против десяти, среди которых ещё и Гуру с артефактом…

Я ж не бессмертный в конце концов.

— Аскольд Андреевич, я в восхищении. Вы смогли ранить Гуру и заставить его бежать. Высочайший подвиг! — великий князь Казанский протянул мне ладонь для рукопожатия.