— Я не собираюсь идти в армию, — лениво ответил я.

— Ты мне говорил. Но они-то этого не знают. Ах, — она махнула рукой. — Боги с ними. Вот что лучше скажи, — она лукаво стрельнула глазками в мою сторону. — Знаешь ли ты…

— Вдоль ночных дорог.

— А?

— Ничего. Извини, продолжай.

Катя неодобрительно покачала головой и вздохнула. А затем весьма серьёзно проговорила:

— Знаешь ли ты, что тебе предстоит сделать, когда получишь личное дворянство?

— Много чего, — в тон ей ответил я. — Что конкретно ты имеешь в виду?

— Тебе предстоит выбрать сюзерена! Кому могут присягать дворяне?

— Это экзамен, что ли? — поморщился я. — На вступительных уже отвечал — императору и боярам. Если развернуть, дворяне бывают имперские, имперских бояр, княжеские и княжеских бояр.

Так-то все князья в широком смысле считаются боярами.

— Вот, — Катя подняла указательный палец, — ты можешь выбрать, кому присягнуть. И… боярский род Морозовых имеет одно вакантное место в списке вассальских родов. Мы будем рады тебя принять.

Очаровательно хлопнув ресничками, они выжидательно посмотрела на меня.

— Извини, милая, но я вижу над собой только императора.

И не Игоря Рюриковича, а своего отца.

— Эх… ну попытка не пытка. Я не могла не спросить, — невозмутимо ответила боярыня Морозова.

— Я знаю. И ценю это в тебе. Если бы ты не попыталась затащить к себе столь ценный кадр, — я указал на свою грудь. — Я бы в тебе разочаровался.

— Ох-ох, какие громкие слова! Будто я тебя хоть раз разочаровывала.

— Нет, — я поставил бокал на стол и подсел на софу к боярыне. — Ты всегда доставляешь мне радость.

— Ах ты… м-м-м… — договорить она не успела, так как я накрыл её губы поцелуем.

* * *

Четвёртого января жители империи вышли на работу после двухнедельных каникул. Ну а меня ждала «Алая Мудрость».

— Как же я по всем вам соскучилась! — не сдерживая эмоций, выпалила Яна, когда мы собрались все вместе в классе. — Будто сто лет не виделись!

— Поддерживаю, — кивнула Юля, — наконец-то снова началась учёба.

Мы с удивлением покосились на неё.

— Юлия Евгеньевна, прошу прощения, но неужели вы заразились страстью учёбы от Марии? — изрёк Влад.

Великая княжна Казанская посмотрела на него осуждающе и ответила:

— Нет, Владислав Иванович. Но школьная жизнь мне нравится.

— Видимо, не у одной меня эти приёмы в печёнках сидят, да, Юля? — улыбаясь, Оболенская толкнула локотком Ромодановскую.

— Да. Яна, — согласилась с ней великая княжна Казанская.

Не так давно эти двое стали обращаться друг к другу по именам. Я был рад, что наша Ледяная Королева начинает открываться другим людям.