Этот стеклянненький тауэр – средних размеров, к нему на этом участке улицы ведут «модерн» и эклектика. Он-то посимпатичней той унылой, серой громадины неподалеку, в чьем теле преобладает сталь. Вот же страшнючая махина. Правда, думаю, кубок Карбункула, как настрашнейшему зданию, ей не выиграть, там есть повернее кандидаты, но как по мне – так отрыв от них небольшой. И у нее, громадины, тоже предбанник есть – стеклянный такой, этажей на десять, под стеклянной же крышей-веером на манер гребешка какого-нибудь динозавра. А посмотришь сверху, с высоты птичьего полета, так наверняка весь этот небоскреб будто гигантская стальная ножища с лапой в здоровенном стеклянном башмаке на ортопедической подошве. В подошве этой, предбаннике, то есть, я бываю иногда, есть там у них кафе с «современной британской кухней», которая отнюдь не плоха, я же говорил.Openasusual , открыты, как обычно, говорит теперь один из стендиков у входа в предбанник. То есть, по рабочим только.
У меня только что был очень странный телефонный разговор. Я разговаривал с одним финдиректором, он же – глава правления, он же – соучредитель и совладелец фирмы. Подобная сконцентрированность функций возможна, если твоя фирма – свеженький еще стартап, разрабатывающий, например, концепции по интернет-маркетингу. Отсюда и тот факт, что я вообще смог до него дозвониться отсюда, из Лондона, мне не пришлось преодолевать многочисленные барьеры из личных ассистентов, секретариатов, помощников, замов или юрисконсультов, да что контакт у него был вообще со мной, а не с Ахимом или Вольфингом. И кто бы мог подумать – стартап этот – та самая шаражка из конгресс-квартала, в которую весной ездил на автобусе чувак-панк. Вот тесен мир. А с юрисконсультом стартапа этого я дела не имел, поскольку нет у них никакого юрисконсульта.
Это одно дело Вольфинга. Ахим поручил мне его финансирование. Одни его, вольфинговские зубастые клиенты раззявили рот на этот стартап, вернее, на их идеи и клиентуру. Уж больно у стартапа дела пошли, невзирая на кризис. А главным их эссетом была одна запатентованная технология. Для них, зубастиков, этот «проект», то есть, съедение стартапа – это разогрев и – так, от нечего делать, но ведь бывает так: когда тебе недают , ты, как правило, думаешь: «Ты че, блин... Какого хрена... Вот я ж тебя...» В общем, когда стартап сказал им, что не продается и технологию тоже не продает, а вот расшириться – не прочь, они предложили заключить совместное, подзанять бабла у ахимовского банка и инвестировать в какой-то там проект.