Сохо – район в Лондоне
тумстоун – «могильный камень», здесь: фигурка, выдаваемая участникам проекта, символизирующая завершение проекта
Эдвенчер парк – вымышленное название парка развлечений, фигурировавшего в книге 1
эйджент банк – банк, предоставляющий финансовые услуги по поручению предприятия
turkey – «cold turkey», «холодная индейка», внезапное прекращение принятия наркотических веществ без подготовки
Стихотворение "Ты играешь"
ArcticMonkeys–KneeSocks
Сплин – Она была так прекрасна
Artik Asti feat. Артем Качер – Грустный Дэнс
Clint Mansell – Requiem for a dream piano violin remix
Ты играешь? Ты играешь
Цену ставки своей не знаешь
Стиснув зубы и глаз прищурив
Метишь четко, но мечешь вскользь
Ты стреляешь? Ты стреляешь
Того мало – ты попадаешь
Ты прикладываешь, не жмурясь
Брешь навылет, прострел насквозь
Ты спокойна. Я спокоен
Я расслаблен, а не безволен
Обречен, но не приговорен
Я остыл от заживших ран
Не стрелок я. И не воин
Но достойно уйти достоин
Ты об этом узнаешь вскоре
Как уходят, идя ва-банк
Глава 3. Клоузд. Закрыто. Часть 2
Hanson–Gotaholdonme
Smokie – Don’t play your rock’n’roll to me
ArtikAstifeat. Артем Качер – Грустный Дэнс
30 seconds to Mars – Dangerous night
Woodkid – I love you
Arctic Monkeys – Do I wanna know
London Grammar – Nightcall
Тоха рад до одного места, когда прошу его забрать меня сегодня из аэропорта и разрешаю взять для этих нужд Примаверу. Из офиса мне забронировали билет на «после обеда», так что к вечеру буду уже дома. Сам не знаю, радоваться мне этому или нет. Сейчас, когда нам вручают могильные камушки-тумстоуны с названием проекта в плексиглазе, чувствую явное облегчение и споласкиваю мозги шампанским, которого сроду не мог терпеть, а тут после него чувствую себя вполне посвежевшим.
Мой номер на том же этаже, что и конференц-центр, тут недалеко совсем. После клоузинга кто-то из наших видит меня в коридоре с чемоданом и принимается уговаривать не лететь сейчас, а перебить рейс на вечер, мол, мне необязательно до утра тусить, но поужинать вместе да побухать за ужином – это ж, мол, святое.
А он прав, думаю, заваливаюсь обратно, переодеваюсь, Тоху перебиваю на «попозже» («Андрей, ты че там мутишь? Все о‘кей?») и не иду на ресепшн сдавать номер, а вместо этого иду в банкетный зал. Там уже издалека видно расставленные на столиках в высоких вазах гигантские шары, каждый состоящий из уймы розочек – таких, как у меня в номере, розовых и других цветов.
Вижу ее там, среди этих розочных шаров, вижу с ходу, как только вхожу. Она пришла в том самом платье. Она в том гребаном темно-синем кружевном платье. В моем платье. А на шее, в ушах и на запястье у нее тот жемчуг, что я ей подарил. Мой жемчуг.