Я собирался держать себя в руках. Я собирался думать башкой, а не терять ее и нести всякую ахинею.
Типа:
- Сколько хочешь... я возьму их все... я возьму тебя... столько раз, сколько ты скажешь. И даже больше... гораздо больше. Возьму даже, если не скажешь. Ты – моя. Я беру тебя, как часть себя... как нечто, что и так мое и должно быть со мной... беру и не спрашиваю. И я возьму тебя еще.
- Андрей... Ты – это целый мир во мне...
- Только один? Только этот мир? - спрашиваю строго, двигаясь в ней ритмично, деловито, по-хозяйски оглядывая ее лицо, сканируя каждый его миллиметр, убирая волосок, отмечая, в каком уголке у нее тень, а где – солнышки от ночника. – А есть в тебе еще другие миры? Такие, где нет меня?
- Нет.
- Не связанные со мной? – не отстаю. - Где я не нужен для их существования? Где ты обо мне не думаешь? Ты говорила, что есть.
- Нет, любимый. Нет, жизнь моя.
- Красиво поешь, - говорю без тени улыбки. – Спой ещё.
- Я думаю о тебе всегда. Даже во сне, где ты мне не снишься. Это ведь ничего, что ты мне не снишься... Мне всегда снятся такие безрадостные сны... Такие безрадостные, что можно было бы умереть от безнадежности. Но я не умираю. Какое-то чувство поддерживает меня. А когда просыпаюсь, то вижу тебя рядом и понимаю, что это было за чувство. И тогда я знаю, что то был всего лишь сон... Или чувствую тебя в себе и ты прогоняешь все... И я знаю, что снилась тебе.
Она поет и дальше. Ей не стыдно говорить мне все это и дрожать от собственных слов, не прогонять, не сдерживаться, когда от ее же слов ей навертываются на глаза слезы, которые я выпиваю своими поцелуями. Она разливается, растекается в своих словах любви.
Я делаю так, что они чередуются со стонами, а я слушаю, впитываю, поглощаю их, поглощаю ее. Она умеет так говорить, а я умею слушать и принимать, внешне оставаясь бесстрастным, потому и кажется, что меня это не трогает. Говорят, женщина любит ушами. Ее ушам мало от меня достается. Не знаю, как она все еще любит, но – любит.
Мы и после этого не спим, а продолжаем говорить друг другу всякую чушь. Любовный лепет, как щеглы какие-то. Родители будущие, блин.
Любовный лепет... Лепет влюбленных, глупых, наивных, обдолбанных друг другом, пьяных друг другом... Глупые слова, бестолковые слова, бесполезные, только этим двоим понятные... Что может быть более нелепым...
- А еще я постоянно переживаю.
- Да понял уже, ты постоянно мне об этом говоришь.
- Нет, переживаю, что теперь ты находишь меня некрасивой... с животом этим...
- Ох ты ж, боже мой… У тебя идеальный животик, потому что мне как раз нужен такой... Я красивее не знаю... А сейчас вообще тащусь от него...