Скоро «у меня» будет «у нее». Тина решилась, наконец, купила мою квартиру. Через пару месяцев или раньше, смотря, когда управится исполнитель в земельном реестре, право собственности перепишут на нее, и тогда за жилье платить я буду ей. Без базара, буду. И на наших отношениях это никак не отразится.

Кажется, ей не сильно хочется спать, потому что она скользит рукой под одеяло и нащупывает там мой стояк.

- Хочешь? – улыбается она шире, уже поглаживая его.

Я не отказываюсь, конечно, и она делает. Склоняется над ним – и... хорошо, как всегда. В знак благодарности я глажу ее волнистые рыжеватые волосы, затем целую легонько. Ей даже удалось вырвать у меня улыбку, и затем я – теперь мне лучше, кажется – засыпаю. Всего и делов.

С какого перепугу мне приснилось то, что приснилось? Расскажи я ей – не про велик, само собой - думаю, Тина, как психоаналитик, набросилась бы на это с радостью, ринулась анализировать меня. Но мне по жизни только еще «моего» психотерапевта не хватало, и я молчу. А она не расспрашивает, не точит. Ждет, что расскажу все сам? Нет, я молчу.

А, я знаю, наверное, с чего. Это было днем, мы были с ней на выставке. Да-да. В пятницу я вернулся из Лондона. Туда-сюда, короче, встретиться вышло только в субботу, и она потащила меня на эту выставку в музее изобразительных искусств. «Ахматова и Достоевский».

Тина не лишена интереса ко всему русскому. Как знать – быть может, даже из-за этого вообще со мною повелась. Тогда, на Новый год на музыку запала у меня в машине. Или на что там еще. А то тогда, на Новый год и западать-то больше было не на что. Потом, весной – другое дело, но там уже все было по накатанной. Да, знаю, до меня еще был Майнхольд и не только он один, но над этим я не заморачиваюсь. А она не заморачивается над тем, что я там периодически плету во сне – не знаю, плету или нет, я же себя не слышу. Не шерстит папок с фотографиями, которых я не удалял и этим утром не долбит меня насчет того, что мне приснилось ночью. Вместо этого терпеливо пьет со мной кофе под «Кофе с теликом» Blur.

И у нее это отнюдь не пофигизм, я ведь чувствую, что... дорог ей, что ли? Это... самообладание просто. И от такого обилия рассудительности, самодостаточности и спокойствия мне иногда становится не по себе в хорошем смысле слова, и я... отдыхаю душой, кажется. И мне никогда, нисколечко, ни капельки не хочется ее подкалывать или наезжать на нее, ведь не из-за чего. Да взрослым людям и ни к чему это.

Да, русское. У нас тут много русских, вот изо-музей и рискнул с подобной выставкой. «Кто интересуется психологией, тот» - по ее словам - «должен, пусть хоть для общего развития, быть знаком хотя бы с одним произведением Достоевского. Хоть в кратком пересказе. Ты его читал?» «Да, одну книжку». Видимо, ответ мой ее удовлетворил, и она потянула меня на ту выставку.