себе. Начнем с малого, а там… А там такое количество пока не решенных проблем, что просто страшно. Взять хотя бы бензин. В УАЗе осталось от силы литров десять. Где взять? Автомобиль без бензина — куча металла. Большая, но малополезная. Где в 1910 году можно найти бензин Аи-92? Или хотя бы А-76, машина съест. Вот задачка… Нет, бензин тут, разумеется, есть. Те же автомобили, которые проезжают мимо, они же на чем-то ездят. Вот только насколько их бензин подойдет? Какое у здешних бензинов октановое число, сиречь детонационная стойкость? И где взять бензин, если то, на чем ездят здешние, не подойдет? Кто ищет — тот найдет. Руслан резко остановился и повернулся к круглой афишной тумбе. Закрутил в пальцах тросточку и ткнул набалдашником в висящую афишу. «Всероссийский праздник воздухоплавания». Цепочка была проста. Воздухоплавание — самолеты — авиация — авиационный бензин. Здешние этажерки летали со скоростью меньшей, чем в наши дни горячие головы носятся по улицам города, так что можно предположить, что авиационный бензин — то, что нужно. Что у нас там в афише написано? Так-так-так… На Комендантском аэродроме… С восьмого сентября… А у нас сегодня что? Так-так… Девятое. Значит, вчера… Две авиационные недели… Аэропланы… Монгольфьеры… Дирижабли… И другие увеселения почтенной публики… Набалдашник пристукнул по афише. Сейчас, днем, там наверняка толпы народа, через которые к летчикам и не протолкнешься. А вот вечером… Впрочем, сто процентов там и вечером нет спасения от любопытных. Как бы в шею не погнали… А с другой стороны, попытка не пытка. Съездить, посмотреть, разведать обстановку. Бензин ему нужен не сегодня и даже не завтра. Можно будет девчонок с собой взять… Довольный собой, Руслан отправился дальше по улице. Обычный молодой человек, ничто не выдавало в нем пришельца из будущего. Никто — и он сам — не замечал, что у Руслана две тени. Одна, как и полагается всякой благопристойной тени, стелилась под ногами, скользила по стенам домов, ломаясь на углах, сливаясь с тенями других прохожих. Вторая шла по противоположной стороне улицы и на первый взгляд не отличалась от других людей, фланирующих по Садовой. Однако это была именно тень. Тень. Она неотрывно следовала за Лазаревичем. Из сумочки молоденькой девушки, стучащей каблучками по известняковым плитам тротуара, выпала плоская книжечка формата паспорта, раскрывшись в полете и мелькнув желтыми страницами. — Барышня, вы обронили. — Руслан, идущий сзади, подхватил предмет с тротуара и позвал девушку. Девушка обернулась,