всегда слишком низкая, никто еще не выходил на площади с требованиями: «Снизьте нам зарплату, не знаем, что с деньгами делать». Со штрафами — наоборот, непонятно, что там за штрафы такие. А вот рабочий день… Какой он у них? — Ну, как длинный… По норме, не больше одиннадцати с половиной часов в сутки. «Ничего себе — норма… Или это посменно?» — Подумаешь, норма… — отозвался с дивана Громов. — У меня и по двенадцать часов приказчики работают — и ничего, не устают, не жалуются. — Жалуются они у тебя, Андрей Валерьевич. Ты же их даже на обед не отпускаешь, — покачал головой Ратников. — И что? Небось не устают. Ничего утомительного… — А отдыхать им когда? В воскресенье? «Ах да, здесь же суббота — рабочий день…» — Вот еще — в воскресенье отдыхать. У нас в городе в выходной день все равно делать нечего, только водку пить, так пусть работают. Я о покупателях забочусь — они, чай, тоже в воскресенье купить чего-то захотят. А кто устает — расчет в зубы, и вперед. Я никого не цепи не держу. «Благодетель… — подумал Руслан. — Вот глаза закроешь — и точно как будто с Молоньевым разговариваешь, начальником отдела. Тому дай волю — и приковал бы… Надо же, оказывается, начальники в наши времена, те, которые в туалет отпускают по графику, берут пример с вот таких Громовых начала прошлого века. Сто лет прошло — а ничего не изменилось». — Господа, господа, — в комнату, раздвинув шторы, вошел Владимир Андреевич и служанка с подносом. — Не ссорьтесь, давайте по коньячку. Он ловко разлил по бокалам. — Берите «николашку», — хихикнул журналист. На тарелке лежали дольки лимона полукругом, посыпанные молотым кофе и сахарной пудрой. — Говорят, — опустился с бокалом на диван Владимир Андреевич, — сам государь-император придумал… — Ты его императорское величество не трожь, — рыкнул Громов. — Что он там придумал — не твоего ума дело. Привыкли там в столицах государя полоскать, да с женой, да с дочками… Но сам «николашку» взял. — Вот что я хотел спросить у вас, Руслан Андреевич, — воспользовался моментом Ратников, пока Громов прожевывал закуску. — Как в Америке со спортом? — Что вас конкретно интересует? — спросил Руслан и отхлебнул коньяк, беря с подноса лимон. — Бодибилдинг. Руслан подавился. — Чт… Кха! Кха! Что? Кх… Не надо! Если гигант Ратников хлопнет его по спине, то у него позвонки в желудок осыплются. — Кх, бодибилдинг? Он уже и до России добрался? Если честно, Руслан думал, что бодибилдинг родился годах в пятидесятых. Оказывается, пораньше… — А чему вы удивляетесь? Его же русский придумал.