— Я знаю, что хорошие поступки не перекрывают плохих, как и плохие не перекрывают хороших. В прошлом и я наделала много глупостей. Однако важно то, кем я, ты и он являемся сейчас. И прожив десятилетия рядом с ним я имею правду утверждать, что знаю то, кем мой наставник является сейчас. Тем же кем он был раньше… пусть будет проклят глупец, живущий прошлым.

— Ха, а ты явно много читаешь и думаешь.

— Что позволяет мне достигать истины.

— Или более эффективно убеждать себя в правильно выбранного для личного удобства мировоззрения. Обратная сторона есть у всего, даже у эрудиции.

— Так если я неправильно пользуюсь этим инструментом, то приведи объективные аргументы.

— Объективные? Всё что касается мировоззрения всегда будет субъективным.

— Тогда к чему ты всё это начала?

— К тому, что тебе пора снять розовые очки и понять одну простую вещь. Никто неидеален. И твой наставник, неидеален вдвойне. Он такой же человек, как и любой другой с кучей проблем, которые к тому же он не решает, а откладывает. И он часто ошибается, часто делает глупости и даже несмотря на свою предрасположенность к молниям и хладнокровность… тоже подвергается воздействию эмоций. И это его в конечном итоге убьёт, а под завалами разрушения погибнут очень многие, — продолжала настойчиво и жёстко говорить Вдова, по всей видимости пережившая всё это лично. — Но ты почему-то продолжаешь его идеализировать и берёшь с него пример. Как маленький ребёнок, ты видишь в нём и солнце, и звёзды. В результате вместо понимания, ты приходишь к оправданиям. Баранья упертость не слабость, а сила характера. Хладнокровность не боязнь собственных чувств, а многовековая выдержка. Постоянное запирание в кабинете не развивающийся аутизм, ОКР и прочие заскоки из-за воздействия колоссального стресса, а трудолюбие. Даже когда он долбится наркотой, чтобы снять напряжение, ты видишь в этом рациональный подход и эффективное повышение результативности на долгой дистанции, но не проблему.

— Ты утрируешь и намеренно гиперболизируешь факты для убеждения самой себя и меня в правильности твоей точки зрения. Кроме того, не нужно проецировать на меня свои проблемы. Это ты цитируешь своего деда даже спустя столько времени. Не нужно думать, что моё отношение к моему наставнику схожее.

— Как об стенку горох…

После этого разговор как-то затух и идти пришлось в тишине. В принципе какая-то часть сказанного доходила до Ады, но и принять всё как данное она же не могла по понятным причинам. Так что продолжала спорить, чем явно не радовала свою собеседницу, которую тоже можно понять, если немножечко постараться поставить себя на её место. В любом случае в молчании удалось дойти до самых домов, где уже Поцелованная Огнём решила задать последний вопрос: