— Сегодня многие бросили вызов сами себе. Все эти смертные… — ангел провёл рукой, указывая на ничего не понимающих и почему-то живых этиамариев. — Кто-то из них боялся боя, кто-то сомневался в собственных силах из-за отсутствия магических успехов, другие не могли довериться ближнему, чтобы тот прикрыл спину… Перед ликом жнецов они побороли эти слабости в себе, поняв кто они есть. Опустившись на самое дно, где не остаётся ничего, даже желания жить, они смогли продемонстрировать удивительную чистоту своих душ зрителю. Самая великая красота… думаю… если Этий и вправду не покинул свой мир, он может гордиться увиденным, наблюдая за эти дивным зрелищем.
Постепенно поток огня ослабел и исчез, после чего начала слабеть и аура света, уменьшая свои границы. На песок с краю арены упал без чувств маг огня, тоже легенда, который отошёл от сценария и продемонстрировал пик своего мастерства, не задев огнём ни одного из союзников, пусть и надорвавшись.
А зрители всё ещё находились в шоке, летописцы исписывали десятки метров магических пергаментов, чтобы запечатлеть происходящее. Их не столько волновал маг огня, сколько чудовищной силы магия света: её нужно расшифровать и внедрить в военные школы, госпитали, поставить на службу. Актёры всех мастей также не моргая, отпечатывали каждый магический узор, но уже другой стороны теней Кихариса. Ведь перед ликом смерти каждый из этих паресисов действительно стал чистым, как кристалл.
— Лишь избавив себя от всего, мы можем открыться чему-то новому… Так говорил Ахимал, чьи писания я начал понимать только сейчас, да и то лишь частично… — продолжал говорить ангел, пока на границе его сияния бегали целители, без возможности подойти ближе. — Извини, я не могу исцелить твоего глаза и твоей руки, даже с дырой над ардией не помогу… Всё же рана уже слишком старая, слишком зарубцевавшаяся. Однако это не невозможно, просто здесь нужен другой подход… более длительный. А сейчас поднимись!
И Ада вскочила, не в силах сопротивляться чудовищной воли. Сразу же кулак ангела ударил в грудь, чем заставил девушку замереть и внемлить каждому следующему слову.
— Ты взглянула в лицо жнеца! Достигла самого дна, осознав неприятную истину! После этого страх смерти более не властен над тобой! Ты поняла, что твоя жизнь ничего не стоит! Это действительно так! Твои прошлые цели ничтожны и не имеют смысла! Всё это ты уже потеряла! Так пусть оно и сгинет навеки в бездне, время дать начало чему-то другому! Нет руки⁈ Найди гномов, что выкуют тебе новый протез! Нет глаза⁈ Значит время перестать смотреть на физические оболочки! Исчезли стремления⁈ Так сама создай новую причину! Не жди пока кто-то другой тебе всё объяснит и укажет путь! Смирись! Смирись и позволь из образовавшейся пустоты родиться чему-то новому! Каждый из этих рабов смог это сделать! И я не вижу ни одной причины, почему тебе это не под силу!