Прильнув в упор к скале, Поцелованная Огнём закрыла лицо, однако защитить свою руку она не могла. Раз за разом клюв вонзался в пальцы, разрывая перчатку, а затем уже и плоть. Повреждались сухожилья, в какой-то момент ситуация стала критической. Страх стал настолько сильным, что в один момент охотницу резко прорвало. Вот-вот пальцы сами разомкнуться, так зачем продолжать прятать лицо и защищаться?
В результате рука, что держала тело и помогала сохранять равновесие, отпустила трещину в скале и рванула прямо к шее стервятника. В свою очередь на одних ногах в вертикальном положении девушка не устояла и сначала покачнулась, а затем отклонилась назад и полетела со скалы на дно ущелье, не сумев удержаться. Падать пришлось недолго, всё же максимальная скорость падения достигается как правило за десять-двенадцать секунд и на пике равняется примерно пятьдесят пять метров в секунду: примерно, потому что всё зависит от плотности воздуха, площади и плотности смертного и ускорения свободно падающего объекта, которое также отличается от планеты к планете, пусть заселённые миры ойкумены Совета и похожи между собой, так что эти цифры варьируются в крайне узком диапазоне. Для паресисов, которые как правило и являются главными путешественниками по мирам, разница эта крайне несущественна. Для простых смертных… большинство видов тоже быстро адаптируется, однако обостряются хронические проблемы, например со спиной или лёгкими из-за иномирных воздуха и силы гравитации соответственно. Ведь даже разница в пару процентов тоже серьёзно сказывается на слабых телах.
— Вот же срань… — прокряхтела упавшая на дно Ада.
В руке всё ещё сжималась сломанная шея стервятника, голова немного кружилась, а ноги сильно побелели. Вообще, кое-как удалось сгруппироваться, но высота всё же приличная, да и паресисы из-за плотности своего тела достигают пиковой скорости куда быстрее. Без трещин в собственном скелете явно не обошлось, а ещё на дне очень много вонючих костей, которые, разумеется, вонзились в плоть. Приземление мягким явно не назовёшь, хотя падание в останки всё ещё более мягкое, чем на каменное дно ущелья.
Отпустив тушку падальщика, охотница принялась вытаскивать из своего тела вонзившиеся кости. А ведь можно было бы и огнём тварь спугнуть или даже зажарить. Но эмоции в критические момент снова взяли верх, стало так страшно, а вдруг эта гадина клювом в последний глаз угодит? Лучше прижаться лицом к скале… Глупо, конечно, но ничего с собой сделать не получалось. Уходя в глухую оборону, девушка в конечном итоге как правило не умирала, ведь всё ещё оставалась довольно крепкой и сильной, однако последствия не радовали. Особенно когда можно было вместо глухой обороны выбрать яростную атаку, которая бы сразу поставила точку. Однако сомнения убивали решительность, делая ещё хуже.