Последняя кость извлечена из тела, кровотечение почти сразу остановилось, хрустнула лодыжка и вывих вправлен, а затем совсем рядом раздаётся мерзкий хруст. Тощий шакал уже поедал стервятника, грозно поглядывая на смертную. И как только глаза зверя соприкоснулись с изумрудными, то сразу же хищник совершил прыжок. В последний момент Ада едва успела схватится за одну из костей и вонзить в ухо монстру. Сердце колотилось словно бешенное, грозясь вырваться из груди. Парадоксально, но страх, который одновременно и убивал Аду, мешая мыслить рационально и здраво, в то же время спасал её же, ведь достигнув пика ужаса тело будто начинало двигаться само. Хотя с такими темпами можно и от инфаркта умереть, что не сражение, так обязательно колоссальный стресс, даже с такими вот представителями самого низа пищевой цепочки. Смешно и грустно.

Дальнейший путь уже по дну ущелья прошёл без особых происшествий и в какой-то момент показался знакомый проход. Старый храм ни капли не изменился за все минувшие года. Кажется, даже ни одна пылинка со своего места не сдвинулась. А в дыре виднелось всё то же подземное озеро, занимающее большую часть затопленного зала. И разбавлял пасторальную картину всё тот же Убба, спокойно сидящий у берега с удочкой. Монстр его более не беспокоил, а ещё и рыбы здесь стало водиться куда больше.

Внушительных габаритов огр опустил ноги прямо в воду и иногда покачивал головой в такт, играющей лишь в его голове музыке. Но вот настоящую идиллию нарушило плавное движение поплавка, ещё одно, а затем третье, уже куда более резкое, после чего рыбак потянул свой инструмент, подсекая рыбу. Но кажется кто-то не рассчитал свою физическую силу, крючок разорвал рот рыбе, и та в результате сорвалась, отделавшись лишь небольшой ранкой.

— Во дела… — протянул Убба, почесав свой затылок, после чего начал размеренно насаживать на крючок последнего мясного жука, которые не смотря на свой пугающий уродливый вид сами по себе тоже довольно вкусные, после приготовления разумеется.

Ада ещё некоторое время сидела на краю дыры сверху, не решаясь ни спустится, ни окликнуть старого знакомого, у которого в жизни всё вполне хорошо. Беды обходят это волшебное место стороной, сиди и рыбачь, затем готовь уху и иногда посещай фермы жуков. Никто сюда не придёт, никто не будет указывать как правильно жить, не перед кем ты не обязан. Не будет рядом вечно кричащих смертных, твоё неловкое слово не послужит поводом для обиды. И по глуповатому лицу Уббы можно было подумать, что он по-настоящему счастлив, в отличии от свободных от счастья граждан Эдема.