Надо же, бабка и тут постаралась.

— Это для твоего же блага, Лизи, — сказала мне эта Ведьма, улыбаясь и глядя прямо в глаза. — Поверь, я воспитаю твою девочку настоящей Ведьмой.

А потом перевела взгляд на мой живот и плотоядно облизнулась.

Слава Богу, Клан Лауры сейчас находился под арестом, и им было совершенно не до меня.

Лаура… Хизер… И еще десятка два Ведьм…

Послезавтра должен был состояться Совет, который вынесет обвинения в незаконных опытах. Это был громкий процесс, который шёл уже полгода и освещался во всех СМИ.

Мой жучок не сработал, Лили умерла раньше, чем смогла его активировать и запустить в сеть. Поэтому Сергею и остальным пришлось идти более длинным путём и собирать доказательства иными способами. Может, только поэтому удалось доказать причастность к преступной деятельности только одного Клана, остальные же затаились.

Можно было подумать, что моё внедрение ничем себя не оправдало и было совершенно бесполезным. Но это не так. Я указала на тех, за кем надо было пристально следить и на ком точно проводили эксперименты. Так что мне тоже было чем гордиться.

Так что это ещё не конец и работы предстоит много. Да, Седой теперь станет осторожнее, но начало положено, а это большой плюс.

Так что они уж точно не будут претендовать на моего ребёнка. Но ещё оставалась Марианна. Эта своего точно не упустит.

— Нет, — прорычала я, стряхивая со лба, мокрые от пота волосы. — Не отдам!

Всё это время я не знала, чего боюсь больше: что малыш родится с магией или, наоборот, будет человеком. И то и другое было страшно, ужасно и прекрасно одновременно.

Скрипнула дверь.

— Лиза, — в комнату вернулась Таня и подошла ближе. — Я понимаю твоё желание сейчас оставаться одной, но схватки стали всё чаще. Скоро твой малыш появится на свет.

Меня накрыло волной паники и страха.

— Не отдавай его им, — прошептала я и схватила её за руку. — Обещай мне.

— Лиза.

— Тань, пообещай. Если со мной что-то случится, ты не отдашь им моего ребёнка. Я не хочу, чтобы он или она стали такими же… Ай!

И согнулась пополам от нового приступа боли. Самого сильного и длительного из всех.

— Лиза, тебе надо лечь, — сестра помогла мне удержаться на ногах.

— Я не могу, больно.

— Надо. Ты же не собираешься рожать стоя?

Она подвела меня к кровати и помогла лечь. Таня была права, схватки стали практически бесконечными. Я металась по постели, кусала губы, зажимала между зубами кусок простыни и глухо стонала.

— Скоро милая, скоро… открытие должно быть полное, и малыш опустится. Ты сама скоро это всё почувствуешь, — бормотала Таня, и её голос едва был различим сквозь призму боли.