Швейцар не погнал. Напротив, приветственно взмахнул рукой, приглашая внутрь. Подбежал мальчишка в красной фуражке. Подхватил, с трудом вырвав у Оси, наши чемоданы.

Зашли.

Внутри все блистало золотом, мрамором, бронзой, лепниной и ярким электрическим светом. К номерам вели коридоры из стекла. Буклеты и объявления — исключительно на французском. На этом же языке обратился ко мне отвечающий за прием гостей расторопный малый.

— Говорите по-русски или по-английски, — взывающе ответил я и сделал морду кирпичом.

— Месье иностранец? Рады, рады. Англичане и американцы любят у нас проживать. Ныне у нас остановился корреспондент «Морнинг Пост» мистер Гектор Хью Манро. А полвека назад мы принимали самого чрезвычайного посла Соединенных Штатов достопочтенного Густава Фокса. Отличный ресторан французской кухни. К вашим услугам наши собственные экипажи и посыльные.

Что-то я засомневался, по адресу ли мы попали. На черта извозчик нас сюда притащил? Долю, что ли, получает за подвоз клиентов? Или после моего посещения банка у него изменилось представление о «скромном достатке»?

— Почем номера?

— К вашим услугам чудесные квартиры с бельем, прислугой, отоплением и ламповым электрическим освещением. Если с ванной и телефоном 25, попроще 15 рубликов в сутки. Провоз багажа от вокзала бесплатно.

— Багаж у нас собой.Подешевле ничего нет?

— На троих-с? Можно и по десять с окнами во двор. Отдельные номера по рублю. Но удобно ли вам будет порознь? — приемщик сально улыбнулся, и у меня возникло резкое желание стереть эту многозначительную лыбу с его лица. На что он намекает? За кого принял меня и моих парней? Уж не за голубых ли голубков? — Рекомендую-с с видом на набережную Мойки. Роскошно! Манифик!

— Давай с видом за 15! — решился я на отчаянный шаг в расчете на то, что вопрос с паспортами можно будет отложить. Не будут служители отеля допекать только прибывших постояльцев, да еще и выбравших один из самых дорогих номеров.

Так и вышло.

— Коридорный вас проводит, господа. Паспорта попозже у вас заберем, чтобы приставу показать.

Интерьер именно квартиры, а не номера с целой анфиладой из пяти комнат оставил меня равнодушным. Наверное, он отвечал современным представлениям о «дорого-богато» — картины на стенах, вазы на напольных резных подставках, лампы в виде бронзовых статуэток женщин в струящихся одеждах, несущих в руках свет под тканевыми абажурами, расписной рукомойник, встроенный в деревянный футляр, гнутая мебель, постельное белье в кружавчиках. Не впечатлило, евроремонт круче. Зато парни рты пораскрывали.