— Почему «американский житель»?

— Не знаю, — невинно похлопала глазками евреечка. — Может, потому что в Америке все вертятся. Ты же Американец, вот ты и объясни.

— Как ты меня нашла?

— Через мальчиков, — кивнула Адель на братьев Блюм.

Мне хватило одного взгляда на них, чтобы понять: мы теряем Изю. Он поедал Адель глазами и напоминал щенка, готового исполнять все прихоти хозяйки.

В голове щелкнуло. Медведь! Точно он, и никто другой. В нашу единственную встречу я обмолвился о районе, где живу. Найти отель поблизости от «Малого Ярославца» — работенка не бей лежачего. Особенно когда знаешь фамилии фигурантов. И если отправить на поиски эту кудесницу, которая глазками — хлоп, хлоп. И тут же все у ее ног.

— Я принесла тебе еды. Тебе нужно хорошо питаться. Еврейский бульон и гефельтефиш поставят тебя на ноги.

Адель щёлкнула пальцем, и Изя безропотно водрузил на тумбочку судки. Без команды приставил табуретку поудобнее к кровати. Вместо кусочка колбаски или сахара получил от Адель благодарный взмах ресницами. Зарделся. Тренированный пудель, ёксель-моксель.

Красотка повязала мне платочек под подбородок, мягко поборов мои возражения. Принялась меня кормить с ложечки. Парни умиленно наблюдали, сложив ладошки на животиках. Идиллия! Просто пай-мальчики! Никто бы не смог и подумать, что эти скромные юноши десять дней назад махались как бешеные и вертелись почище чертика-«американского жителя». И синяки уже сошли. Ну, ничего! Дайте срок, я вам объясню, как чугуний грузить и сдавать Босса разным вертихвосткам! А если шпик в юбке⁈

«Интересно, в охранке работают женщины-агенты? Не доносчицы — таких, уверен, хватает, — а именно оперативники?»

— Хотела предложить, — вытерев мне губы платочком, проворковала Адель, — чтобы ты переехал ко мне в квартиру, когда тебя выпишут из больницы. Потребуется уход. И это безумие — жить в таком дорогущем месте. О чем вы думали, когда согласились платить 15 рублей за номер в сутки? Столько стоит люкс в «Отеле де Пари», коль вам так глянулись французские отели.

— Босс, — вклинился Ося, — у нас проблема!

— Что еще? — недовольно буркнул я, разозлившись, что мне мешают пялиться на прекрасные виноградные грозди питерской Суламиты.

— На нас уже косо смотрят в гостинице. Хоть и знают, что ты в госпитале.

— Так в чем вопрос?

— Деньги. У нас они кончаются. Пришлось немало здесь отвалить за твое лечение.

Та-дам! Пришла беда, откуда не ждали. Весь оставшийся наличный капитал в банке. И не на счете, в ячейке, то бишь, в «безопасном ящике». Ни чек выписать, ни вексель. Только личное присутствие. Сам так хотел. Сам загнал всех в угол. Нет в мире совершенных комбинаций — обязательно выползет какое-нибудь дерьмо.