Он ведь мог поговорить со мной, обсудить, спросить, помню ли я что-то! Почему всё так? Мозгом я понимаю, что его выбор перед долгом правильный и разумный, но чувства во мне говорят об обратном. Мне хочется, чтобы мой возлюбленный всегда был на моей стороне.

Да, пожалуй, сейчас мне уже не страшно признаться в своих чувствах, и назвать эмоции — не просто тем, что я тону в его глазах, а тем, что влюблена.

— Помощница магистра Фейристира убедила меня, что я могу отложить любой разговор, будь то разговор даже с его высочеством, сославшись на плохое состояние. Мы в стенах лазарета, поэтому целители несут ответственность за своих подопечных. Так вот, — я подняла взгляд и посмотрела на принца в упор, — я пользуюсь этим правом. Прошу вас, ваше высочество, дайте мне время на отдых. Я очень устала.

Да, я уже говорила о себе, используя глаголы женского рода, раз уж он всё равно обо всём догадался. Зря только купол разрушили!

Даарт открыл рот и хотел возразить, но вовремя осознал, что ему сейчас действительно лучше отступить, ведь на любые его претензии я уйду в глухую оборону. Слишком задели его подозрения. Да, если бы я была виновна во всех этих убийствах, то мне самое место на плахе, однако тот факт, что он лично мог привести приговор в исполнение, ранил.

О какой истинности может идти речь, когда нет доверия?

Даарт Ониксовый

Я не мог понять, что со мной происходит. Я боялся давить на девушку, хотел, чтобы она рассказала мне обо всём по собственной воле, а не из-за того, что я потребовал правды. И всё-таки… Было обидно, что она не спешит довериться мне.

Неужели я так многого прошу? К чему делать из меня злодея?

Пожалуй, я уже не смогу отступить назад, мои чувства зашли слишком далеко, поэтому у девочки не останется другого выбора, кроме как принять меня. По крайней мере, я приложу все усилия, чтобы в её сердце вспыхнули так же ярко чувства, которые охватывают меня.

Сегодня, увидев Лиара-Лиру на месте преступления, я готов был предать свою родину, сложить с себя полномочия и отречься от престола. Потому что дракон, покрывающий преступления своей истинной, больше не имеет права не то что на престол, а даже на покровительство Дракмара.

Но я готов был сделать это. Бросить всё лишь для того, чтобы спасти её, чтобы никто не посмел причинить вреда моей истинной. Я видел, как сотрудники тайной канцелярии, выходящие из порталов на центральную площадь, ждали лишь моего приказа, чтобы схватить Лиру и Кайла и доставить их в допросную. Но вместо этого я попросил обоих проследовать за мной в лазарет.