Мне хотелось закрыть её от всех невзгод, но как я могу это сделать против её собственной воли?

Впрочем, в одном она права: такие разговоры лучше вести на свежую голову. Сегодня был тяжёлый день. Я разбирал отчёты сотрудников тайной канцелярии о студентах и преподавателях из числа подозреваемых, а именно об их передвижениях этим летом. Информацию приходилось собирать по крупицам, поэтому ушло немало времени.

И теперь я отложил три дела, среди которых, к сожалению, было и дело Лиара, о котором ничего не было известно до обучения в академии, поэтому он первый в списках подозреваемых. Был.

Вторым в этом списке стояло имя настоящего преступника. Неопровержимым доказательством вины первокурсника были остаточные следы магии на месте преступления, совпавшие со слепком магии, сделанным мной на занятии по аэ-де — во время медитаций случались выбросы магии, поэтому я сканировал и запечатлял их на носителях.

Я зло усмехнулся. Не зря мне тогда попалось в руки именно его дело, и во время разговора-допроса с ним ещё неделю назад я чувствовал фальшь. Он словно весь был пропитан ложью.

Вместе с людьми из канцелярии проверил каждый клочок земли в том переулке, где напали на Лизабетту Доренс. Портала не было, зато недалеко мы нашли небольшое зеркальце, с репликой знаменитой картины из столичной академии на обратной стороне. Совпадение? Вряд ли. Здесь был анимаг, и ушёл он через картину.

Я вышел из лазарета на морозный воздух. На здание установили дополнительную защиту маги из канцелярии, а все палаты были проверены на наличие любых изображений — чтобы ни один анимаг не смог пробраться сюда.

Сейчас я вспомнил разговор с Доренс.

Когда я вошёл в палату, девушка сидела на кровати, укрыв ноги пледом, и отстранённо смотрела в окно. В зимнем вечере есть какое-то своё очарование, хотя я никогда не любил холод. Как только умудрился влюбиться в снежную фею?

— Как вы, леди Лизабетта?

— Прошу вас, зовите меня Лиз, — улыбнулась девушка и пожала плечами. — Вполне сносно, если не считать противных укрепляющих настоев.

— С этим придётся смириться, — заключил я. — Прошу меня простить, что беспокою вас в таком состоянии, но хотел бы уточнить детали произошедшего.

— Это было ужасно… Мы играли в догонялки. Знаете, детская забава, — девушка смущённо улыбнулась, — и я забежала в переулок, убегая от Миранда Рома — с четвёртого курса…

— Знаю, — кивнул я.

— Но когда забежала в переулок, оказалось, что за мной уже никто не гонится, зато там меня поджидали. Я пыталась отбиваться, но противник применял неизвестные для меня приёмы…