— А вот новые волосики Ольхи мне нравятся. Стала больше похожа на девушку. — похвалила Смирнова, пытаясь сгладить напряженный момент.

Ребята заметили, что подруга прекратила брить череп после того, как повстречала Клавдию.

— А не на специалиста? — хмыкнул Зёма. — Из Демона «семейный глюк» ещё бы изгнать, и за высшее командование группы я спокоен. Катастрофа, конечно, порядком почистила генофонд, умерли все болеющие диабетами и прочими генетическими заболеваниями, но теперь мы должны бороться за жизни всех. Без «ботаников» нам никуда. Так что с депрессиями и психическими расстройствами придётся бороться изо всех сил.

Зиновий переключил картинку и теперь дрон летел уже над планерами. Как пилотажная группа истребителей, пилоты старались не сбить друг друга и выстроились клином на малой высоте над составом. Пятеро летели, один отдыхал на зарядке. Обновление подразумевалось посменно от левого крыла к правому, по часовой стрелке каждые полчаса в движении. Такую технари создали инструкцию, учитывая время заряда и накапливаемый солнцем заряд.

В отличие от городских планеров, те, которые взяли в Экспедицию, снабдили стационарными пулеметами Калашникова. Лобовое отверстие в бронированных стеклах позволяло стрелку рядом с водителем на переднем сиденье выпускать по наземным целям пули калибра 7.62.

«То, что надо для поражения живой силы противника», — заявлял Седых.

Правда, планеру было необходимо создать угол для атаки с неба. Так что утюжить земные цели планер мог только при пикировке сверху-вниз, если не переходил на земную тягу, спустив подушку. Тогда планер просто становился легкобронированным БТРом. Где основная броня была на самих людях, а не прикрывала аккумуляторы по бокам.

От пяти человек на борту отказались. В путь полетели по три человека на транспорт, так как вместе с пассажиром, сидящим позади, лежал ящик с пулеметными лентами и стоял столб солнечной панели. Задний пассажир должен был заряжать ленту, в то время как передний выполнял функцию стрелка, пока водитель создала угол, достаточный для поражения цели.

Зиновий нажал на клавишу. Снова щелчок. Передатчик поймал сигнал камеры с самого передового дрона. Он летел в пяти километрах перед составом на высоте в километр, выполняя роль вперёдсмотрящего. О лучшей разведке не следовало и мечтать: тяжёлый разведчик не сносило ветром, ему не был страшен дождь, в то же время в него было проблематично попасть со стрелкового оружия с земли. Минус был лишь один — заряда всех несущих батарей хватало лишь на час дозора, после чего он возвращался к вагонам и вставал на сорокаминутную зарядку, передавая эстафету другим дронам.