Всё это было странно, но Игрокам, дошедшим до четвёртого уровня, было, как казалось Зевсу, уже наплевать.

Чему удивляться? Боль и смерть как настоящие, отсутствие плавных переходов между уровнями не давало скучать, отсутствие миссий и задач вообще сбивало с толку. Странная постановка игровых партий, сведённая исключительно к выживанию, являлись чем-то необычайным и потому — необычайно притягательным, несмотря на весь ужас и страх, охватывающий игроков на каждом из этапов.

Как и всякий опытный игрок, при появлении на новой игровой площадке, да ещё в новом игровом теле, Зевс сконцентрировался на анализе своих новых возможностей. Возможности мумий показались ему более чем необычными. Тело его было рослым, сильным, двигалось медленно и неуклюже, но, возможно, медлительность компенсировалась силой.

Мумии, будучи на уровень выше всадников-скелетов по классу, были просто обязаны оказаться «круче» в боевом смысле. Внешне это, однако, это никак не проявлялось. Зевс мог видеть свои внутренности сквозь ребра, что, безусловно, не прибавляло уверенности в боевых качествах дохлых воинов.

«Интересно, зачем так натурально всё воспроизводить»? — спросил он сам себя. — «Мы ведь не неотразимые рыцари без страха и упрёка — трупы всё-таки! Разработчики сами-то тестили эти тела? И каково им было щупать собственные позвонки сквозь рваное пузо»?

Возможно, кроме недюжинной физической силы, мумии обладали относительной неуязвимостью (в том числе к магии), абсолютной неутомимостью и — тут уж сам бог велел — нечувствительностью к боли. Бродячие трупаки не жарило солнце, они не разваливались прахом под его лучами даже в полдень.

Проанализировав ситуацию, Зевс отметил из минусов только отвратительное состояние тела и заторможенность движений. Куски плоти сыпались с него и с боевой подруги, как запчасти со старого автомобиля. А от одежды — вернее, от бинтов — оставались почти одни воспоминания. О доспехах, естественно, даже не следовало мечтать.

«Нет, определенно, у скелетонов имелись свои неоспоримые преимущества. Но с разработчиками разве поспоришь? Благо, хоть белых тапок не выдали».

Всё было ничего, но один недостаток мумий смущал Зевса очень сильно. А именно — жажда плоти. Сначала это не чувствовалось, но очень скоро он понял, что его сознание буквально захлестывает необычное чувство голода.

И этим чувством было очень трудно бороться!

Зевс и Ведьма шли рядом, шаркая ногами, иногда беззлобно подтрунивали друг над другом. Но заговорить ощущения не получалось. Голод не отступал ни на миг и ощущался ими постоянно.