Мне становится по-настоящему страшно. Это не тот Тихон, которого я знала, а незнакомец. Опасный незнакомец.

– Я не вещь, Тихон, – пытаясь протиснуться под его руку. – И уйду, когда захочу.

Он с силой захлопывает дверь в прихожую, которую я оставила открытой. Звук оглушителен в тишине спящего дома.

– Попробуй, – его шёпот ледяной. – Сегодня ты никуда не уйдёшь. Останешься здесь, успокоишься, и завтра мы всё забудем. Как будто ничего не было.

– Забуду? – смотрю на него с ужасом. – Ты с ума сошёл!

– Я сказал, ничего не было! – он внезапно хватает меня за плечи и трясёт. Не сильно, но достаточно, чтобы у меня застучали зубы, а в глазах потемнело. – Ты меня слышишь?! Ничего! Ты всё придумала! И будешь так всем говорить! Поняла?!

В его глазах – безумие человека, боящегося потерять контроль. Готового на всё, лишь бы его мирок не рухнул.

Я замолкаю. Перестаю сопротивляться. Стою между его руками, опустив голову. Дрожь пробегает по телу мелкими, неконтролируемыми волнами. Понимаю, что силой мне его не победить.

Моя покорность его успокаивает. Хватка больших рук ослабевает.

– Вот и хорошо, – он выдыхает, гладит меня по голове, словно собачку. Прикосновение вызывает неконтролируемый рвотный позыв. Он кивает на дверь. – Иди умойся. Приведи себя в порядок. Я заварю тебе чаю… Спать пора. – И направляется на кухню.

Я стою, не двигаясь. Слышу, как он включает воду, гремит чашками. Он думает, что победил, что я сдалась.

Медленно поднимаю голову. Взгляд падает на его рабочий ноутбук, оставленный на журнальном столике. Рядом валяется его бумажник. И сумочка, которую я бросила в прихожей, когда зашла.

Он заблокировал мне выход, но не доступ к нашим общим деньгам. И к доказательствам.

Я делаю тихий, почти неслышный шаг к своей сумке. Осторожно, не производя ни звука, расстёгиваю её. Пальцы нащупывают гладкую кожу моего кошелька. Паспорт. Права. Банковские карты. Вытаскиваю их и быстро засовываю во внутренний карман своей куртки.

Перевожу взгляд на его бумажник. Он считает, что мы – одно целое? Значит, его деньги – мои? Что ж, пусть сейчас это сработает в мою пользу. Делаю ещё один шаг, забираю кожаный портмоне. Быстро, пока муж не вернулся, вытаскиваю оттуда пачку пятитысячных купюр и банковскую карту. Не считая, сую в тот же карман.

Сердце колотится, как у вора. Но я не вор. Я забираю то, что мне нужно, чтобы выжить. Чтобы спасти себя и своего сына.

– Лена! Чай готов! – кричит он с кухни.

– Иду! – откликаюсь неестественно высоким голосом.

Оглядываюсь. Моя спортивная сумка с вещами стоит в прихожей. Документы и деньги при мне. Он не выпускает из квартиры. Но не сможет держать меня здесь вечно. Ему нужно спать. Утром должен идти на работу.