Даст бог, жизнь длинная будет — а от своевременно оказанной помощи и срок, и качество жизни зависят. Я уже молчу про то, когда в боевых условиях спасать приходится человека. Причем не только моей жизни касается, но и всей семьи. Осталось только узнать про нее поподробнее да съездить. Вдруг что и выгорит.

Я сидел на нижнем полке, слушал, как потрескивают камни.

За последние дни в горах вымотался знатно. Шанс сложить там голову был будь здоров — и дед, конечно, в своих наставлениях прав. Род продолжить мне нужно. А меня все носит из стороны в сторону, никак не попустит.

С тех пор как я попал в это тело, прошло уже почти полгода. Начало декабря на носу. Если прикинуть, сколько раз за это время я влипал во всякие истории, волосы на голове начинают шевелиться.

Я взглянул на руку, где на запястье пульсировали три черные точки. Еще там, в станице Волынской в XXI веке, дед дал понять: отправили меня сюда не просто так. Сама природа перемещения мне по-прежнему не ясна. И откроется ли эта тайна когда-нибудь — неизвестно. Но то, что все это напрямую связано с родом Прохоровых, — в этом я уже не сомневался.

Кто бы мог подумать: Жирновский гонялся за мной не только из-за той стычки в предгорьях, когда я упрятал в сундук Прохора и Еремея. Оказалось, он еще и искал оружие с определенным клеймом.

Скорее всего, сам граф толком не понимал, зачем оно нужно. Но тот, кто дал ему задание, знал точно. И мне было бы совсем не лишним выяснить — зачем.

Пока же у нас только фамилия отправителя на конверте. Некто Рычихин послал графу письмо, к которому прилагался подробный рисунок моей шашки.

Сам рисунок — вроде обычный, но догадаться, что речь именно о моем клинке, можно было по нескольким приметам: по рукояти и по клейму в виде сокола. На рисунке этот сокол был отдельно прорисован.

Была и приписка, которая тайну почти не раскрывала:

«Дорогой граф, подтверждаю, что это именно то, что мы ищем. Как только клинок будет у вас, немедленно доставьте его по адресу лично. Рычихин».

Чертовщина какая-то. Ладно. Надеюсь, время все расставит по местам.

* * *

Утром, по привычке, проснулся рано. Тело само просило пробежку. Ноги зудели, как перед строевой, хотелось скинуть лишнее напряжение, разогнать кровь. Я уже натянул штаны и потянулся к сапогам.

Дверь приоткрылась, в проеме возник дед с охапкой дров.

— Ты куда это собрался? — прищурился он.

— Да так, — невинно сказал я. — Немного пробежаться. Легонько. Чисто размяться.

Дед повернул полено так, что оно вдруг стало похоже на очень веский аргумент сменить планы.