Первые пару ложек ушли почти на автомате. А в голове я продолжал крутить общую картину происходящего.

Получалось, если штабс-капитана живым взяли и увезли куда-то, то только с одной целью: допрашивать да вытянуть из него все, что знает, а потом избавиться от тела. А то, что разговорить при желании можно любого — я по своему прошлому времени насмотрелся. К тому же Андрей Палыч только недавно от ранения под Георгиевском оправился, и не факт, что до конца.

Получалось, медлить нельзя. И единственная для меня сейчас зацепка — это Студеный. Пятигорский «авторитет», как сказал бы я в своем прошлом мире. Волк вполне мог по команде сверху поручить ему или кому-то из его людей это нападение.

Я отодвинул пустую миску, вздохнул.

— Чего ты, Гриш, борщом недоволен? — буркнул Михалыч, приглядываясь.

— Да борщ у тебя как всегда замечательный, — усмехнулся я. — С товарищем боевым беда, вот и думаю, как помочь можно.

— Может, я чем смогу? — протянул он.

Я наклонился через стол, понизив голос:

— Степан Михалыч…

— Ась?

— Скажи, не знаешь ли ты, чай, такого «делового»… Студеного?

— Ох ты ж.… — выдохнул он. — С чего это ты про такое отребье спрашиваешь?

Я пожал плечами, стараясь выглядеть спокойно.

— Да вот выходит, что придется мне погуторить с этим варнаком, — спокойно ответил я. — Подумал: может, ты чего слыхал чего.

Он поставил кружку на стол, втянул воздух.

— Знать-то… — протянул он. — Как его не знать. Слухами земля полнится. У нас в Горячеводскую эти, как ты их назвал, «деловые», не суются — им тут по шапке сразу прилетит. А вот в Пятигорске… там, бывает, шалят.

Он нахмурился.

— Слыхал, что и купцы к нему захаживают. Может, товар краденый покупают, может, еще какие дела.

Он пристально уставился на меня.

— В ум не возьму, а тебе этот варнак на кой-сдался, Гриша?

Я выдержал его взгляд.

Врать смысла не было. Да и в прошлый раз, в деле с Лагутиным, он сильно выручил.

— Пропал Андрей Павлович, понимаешь, — тихо сказал я. — Я к нему на встречу приехал сюда. Через два дня она должна была случиться. И вот он со Ставрополя ехал и верстах в двадцати от Пятигорска напали на него с сопровождающими. Двоих положили, один вырвался в Пятигорск, а штабс-капитана так и не нашли. Ни живого, ни мертвого.

И чем дальше я это прокручивал, тем сильнее сходилось на Студеном. Мог он быть в том нападении замешан. А если так — должен знать, куда дели Афанасьева. Может, и подскажет, где его держат.

— Да ну тебя… — Михалыч перекрестился. — С ума сошел, что ли, Григорий? Ты один к этим варнакам идти собрался?

— Вот и спрашиваю, — спокойно ответил я. — С умом все надо сделать.