— Как рука, ваш бродь?

— При мне, а это главное Гриша. Жаловаться грех, помаленьку заживет.

— Это вы доктору скажите. Он оценит вашу скромность и велит еще месяц полежать.

— Доктор уже велел, — Бекетов усмехнулся. — Я его внимательно выслушал и поехал Сергея венчать.

— Серьезно досталось? — кивнул я на перевязь.

Бекетов глянул на свой рукав, будто впервые его увидел.

— Горцы мелкими группами уходили. Мы их прижали к ложбине. Думали, сейчас захлопнем коробочку, а они, черти, один ход заранее присмотрели. Двое открылись нарочно, на себя огонь взяли. Мы на них повернули, а там нас уже ждали. Вот в руку пуля мне и досталась.

Он вздохнул.

— Кость, слава Богу, не раздробило, но саблю удержать не смог тогда, поводья тоже. Конь сам меня вынес, умница. А вот Володе Синицину тогда так не повезло. В шею попало…

Я промолчал.

— До самого конца прошлого года мы в горах только этим и занимались, — продолжил Бекетов. — Ловили по горам да ущельям вражьи отряды. Стычек было очень много, десятки, но все мелкие. Это не полноценная война с тактически сложными сражениями, а охота за партизанами. Однако это не потому, что горцы так и не смогли объединиться, просто требовалось очистить плацдарм до того, как начинать глобальное наступление. А оно — говорю тебе это с полной уверенностью, Гриша — закончится окончательным занятием территорий шапсугов, абадзехов, убыхов и прочих черкесских народов.

Поручик взял кружку, подержал и поставил обратно, пить не стал.

— Настоящее наступление еще только-только начинается. И ты не представляешь, как мне жаль, что из-за этой дурацкой царапины я не могу в нем участвовать.

Я вспомнил из прошлой жизни, что датой окончательного покорения Кавказа считается 1864 год. А потом поспешил «утешить» Бекетова:

— Не стоит торопиться. Вам бы руку подлечить вначале, а сражений на наш век еще хватит.

— Да тошно, Гриша, когда товарищи воюют, а я бездельничаю. Негоже по тылам отсиживаться.

Бекетов все-таки сделал глоток, поморщился.

— Генералу Евдокимову, покорителю Чечни, руководство поручили, а он свое дело знает, — сказал поручик тише. — Теперь на нашем театре военных действий собрано 17 батальонов пехоты, 10 эскадронов драгун, 12 сотен казаков, 12 пеших и 8 конных орудий. Когда такая силища пойдет, черкесы ее уже никак не остановят.

Я глянул на его раненую руку, потом на драгун, что сидели чуть поодаль. Молодые лица, смех, румяные от мороза щеки. Сегодня они гуляли на свадьбе боевого товарища, а завтра… Кто его знает, что будет с ними завтра.

Я подумал и решился спросить:

— Раз уж вы в тех местах бывали… Слыхали, может, про девицу одну особенную среди абадзехов? Говорят, что шашкой машет так, что многих казаков перещеголять может.