С ним-то мы и остались определять, кто из нас пойдет за финальный стол. Я нервничал из-за Генки — позвонить он не мог, оставшись без телефона, а мне по правилам турнира нельзя было покидать зал. Видимо, из-за этих переживаний, а может, вкупе с усталостью и недосыпом, но я чуть не проиграл все, неправильно рассчитав финальные комбинации. Мне повезло, что джентльмен и сам сомневался в своей карте и не стал дожимать, ставя последнее, так что удалось обойтись потерей трети стека. Я даже засветил свои карты, показав, что пошел играть с так себе «парой», блефуя.

Но благодаря этой невольной ошибке оппонент смело ответил на мой стопудовый олл-ин и проиграл. Потом объявили перерыв перед финальным столом, и я отправился искать Генку. Я нашел его скучающим за барной стойкой в первом зале. На мгновение напрягся, решив, что он снова бухает, но потом вздохнул с облегчением — Генка пил минералку.

— Фил! — Завидев меня, он соскользнул с барного стула и несмело пошел навстречу. Его лицо отражало всю гамму эмоций — от надежды до отчаяния. — Ну что?

— Все нормально, я в финале!

— Йес! — Гена исполнил жест машиниста, тянущего за гудок. — Давай подробнее!

— Потом расскажу, погоди. Что за бандюки тебя забрали?

— Да те же самые… «Шестерки» Дим Димыча. Дали крайний срок — до завтра. С процентами требуют сорок штук бакинских! Вся надежда на тебя, иначе черт знает, где бабки искать… — Генка нервно закурил.

— Смотри, когда я вошел, было шесть столов по девять участников. По два косаря за участие, значит, призовой фонд уже больше сотки. Сколько там полагается за первое место?

— Так-так-так… Дай подумать. Если участников больше пятидесяти человек, то уже больше сотни, ты прав. И это без учета того, что многие докупали фишки. Так что, вполне вероятно, что общий призовой выше двухсот тысяч! За первое место должны дать процентов тридцать от суммы взносов. Фил, живем!

— Ага, ты так говоришь, как будто я уже выиграл, — улыбнулся я.

— Ты выиграешь! Не знаю почему, но я уверен!

— Ну, раз сам отец Геннадий уверен…

— Слушай, Фил! Знаешь, нас устроит даже второе место! Там процентов двадцать призовых, а от двух сотен это те самые сорок штук, что нам нужны!

— Дружище, не забывай, что на тебе еще куча мелких долгов и кредит. Чтобы ты спокойно начал жить и работать, надо вернуть все.

Генка какое-то время смотрел исподлобья, а потом четко и размеренно заявил:

— Знаешь, когда утром ты делился со мной своим планом, я ведь реально думал, что ты гонишь. Согласился просто, чтобы не спорить. Одолел ты меня своими проповедями. Но вот сейчас посидел, подумал. Еще и после этих рэкетиров… В общем, мозги встали на место. Сижу, наблюдаю за ними, — Генка кивком головы показал в сторону зала. — Они же капец какой-то! Тут реально все больные!