Я останавливаюсь в шаге от него, засовывая руки в карманы джинс и глядя на него сверху вниз.

— Это я хочу у тебя спросить, блондинчик. Адрес перепутал?

— Не твоё дело, — огрызается он, пытаясь заглянуть мне за спину, в сторону моей машины. — Я к Ане. У нас есть незаконченные вопросы.

— Странно, мне казалось тебе с первого раза должно было стать понятно, что никаких "нас", между вами больше нет, — холодно цежу я, делая шаг вперёд, заставляя его попятится к стене. — Послушай меня. Ещё раз я увижу тебя околачивающего у неё дома, ожидающего около академии или не дай бог стоящего с ней рядом... Следующий семестр встретишь в травматологии. Уяснил?!

Максим моментально бледнеет, переводит взгляд на мою машину, где отчётливо видно Аню, сидящую на пассажирском сидении. Он прекрасно понимает, что тягаться со мной он не сможет.

Он делает шаг назад, пытаясь сохранить остатки своего дешёвого достоинства, но в его глазах так и сквозит трусливая злоба.

— Да ладно тебе, Зверев, — криво усмехается он, делая ещё один шаг в сторону выхода из двора. — Ну и оставайся с этой шлюхой. Мне-то что.

В ушах мгновенно взрывается оглушительный гул. Разум отключается начисто, уступая место первобытной, слепой ярости. Кровь приливает к вискам с такой силой, что перед глазами всё на секунду полыхает багровым.

Я не успеваю подумать. Тело двигается само, подчиняясь одному лишь инстинкту — уничтожить.

Рывок — и я впечатываю Максима спиной в кирпичную стену подъезда с такой силой, что из него со свистом вылетает весь воздух. Мои пальцы мёртвой хваткой смыкаются на его горле, вдавливая кадык внутрь и намертво перекрывая ему кислород.

— Ещё один звук, — хриплю я прямо ему в лицо, окончательно слетая с катушек. Я сжимаю пальцы сильнее, до побелевших суставов, напрочь игнорируя то, как он судорожно пытается ухватиться за мои запястья своими холёными руками. — Ещё хоть один раз ты назовёшь её так... Слышишь меня, ублюдок? Я лично отрежу твой грёбаный причиндал и затолкаю тебе его прямо в рот. Ты меня понял?!

Максим хрипит, его лицо быстро синеет, а в глазах застывает неподдельный, животный ужас. Он пытается закивать, но моя хватка лишает его любой возможности пошевелиться. В этот момент мне плевать на всё. Я готов стереть его в порошок.

— Андрей, стой! Господи, отпусти его! — раздаётся испуганный, дрожащий голос со стороны машины.

Громко хлопает пассажирская дверь. Я слышу быстрый, частый топот шагов по асфальту, и в следующую секунду ледяные, дрожащие пальцы Ани, мёртвой хваткой вцепляются в моё предплечье, пытаясь оттащить меня назад.