Доргаф, один из, несомненно, сильных демонов преисподней, снял свои чары и показал ту сторону, которую должны видеть его враги и конкуренты. Монстр, чьи сияющие доспехи стали обугливаться и искривляться. Прямой и сверкающий меч изо льда стал покрываться бурой кровью, а забрало шлема вытянулось, став пастью хищной птицы. Для простых смертных он демонстрировал прекрасное превосходство, которым нужно восхищаться, а для врагов он являл ужас, перед которым нужно склонить голову и через мольбы поднимать его самооценку.

А затем появилась и четвёртая фигура, выйдя прямо из только что появившегося разлома. Гуманоидная тварь с шестью рогами, двумя хвостами и шипами по всему телу. У монстра было две руки, ключевое слово «было», ведь левая была оторвана по плечо, а в пальцах правых были сжаты волосы Келиксии, тело которой эта тварь тащила за собой.

— Так вот значит, как ты выглядишь, Арис Максимус, — тварь оскалилась своими многочисленными клыками, после чего из пасти вывалились два языка. — Только попал в этот мир, а уже смог заключить три контракта. Твою душу разрывают на части с первого твоего дня в Эдеме, но ты продолжаешь держаться. Хотя пора бы заключить новый контракт…

— Не вздумай заключать с ней контракт, — со скрываемым ужасом произнёс Доргаф, уже выставивший свой меч вперёд, готовясь отразить атаку.

Вилия же просто спряталась, и лишь Великий Панцирь не изменил себе, сохраняя искреннюю чистоту помыслов и чувств, заключающихся в презрении и ненависти к столь порочному созданию преисподней. Гордо скрестив руки, он стоял прямо перед ней, не собираясь делать шага в сторону.

— Контракт? Будто бы я собиралась… Этот слабак ещё до этого не дорос, — ухмыльнулась тварь, после чего отпустила голову Келиксии, но лишь для того, чтобы пронзить когтями её спину.

В уродливой судороге закорчилась Келиксия, но не закричала, ведь её язык уже был вырван, как и в лёгких вместо воздуха была лишь собственная кровь. Кричать она уже не могла, лишь булькать.

— Некоторое время моя сестра проведёт в отпуске, — с оскалом добавила тварь, после чего закинуло тело себе на плечо. — Мы внимательно следим за твоим прогрессом, Арис Максимус. И не только мы. Не разочаруй нас.

И после этих слов тварь исчезла. В этот мир явиться она не могла, но по всей видимости проиграв бой в смертной реальности, она в один ворота выиграла бой в преисподней.

Я же в ужасе очнулся уже внутри госпиталя. Сердце моё грохотало, а душа горела. Снова обострилась боль из-за разрываемой души. Была ли этому причина ухода Келиксии? Или же это из-за уменьшения метки? Может быть, эта тварь что-то сделала?