— Пятьдесят четыре против семнадцати, — заключила Ирина Николаевна, проведя подсчеты. — Что же, дворянское вече ясно дает нам понять, что выбор пал в пользу Васильевых. Герман Игоревич, вам слово!

Андриянова отступила в сторону, позволяя Городищеву выйти вперед. Советник улыбнулся и пожал плечами. Советник осмотрел публику, которая замерла в ожидании его слов, а я почувствовал как он наслаждается всеобщим вниманием.

— Что я могу сказать. Конечно, война не дала возможности присутствовать здесь всем. Кто-то не смог приехать, побоялся, другие временно покинули княжество или погибли во время войны. И все же сегодня собралось достаточно глав родов, чтобы высказать свое решение. Что касается вашего выбора, я, как наделенный правами представлять волю Великого князя, признаю ваш выбор и даю благословение на правление рода Васильевых!

Буря аплодисментов и радостных криков огласила площадь. Краем глаза я заметил как некоторые охранники заметно напряглись из-за резкого шума. Да, все-таки обстановка сейчас не самая спокойная, а ситуация далека от идеала.

Я искал глазами Влада, чтобы поздравить его, но Васильевых нигде не было видно. Такое впечатление, что они покинули вече сразу после оглашение результата.

— Миша, не отставай! — Константин потащил меня за рукав и кивнул в сторону машин, которые пришлось оставить еще за периметром внешнего оцепления.

К транспорту пришлось добираться пешком. Пока мы шли обратно, я подумал о том, что Сашке немало повезло. Получается, она может стать женой будущего Ростовского князя. Конечно, если не передумает, и если с Владом ничего не случится. Но я-то понимаю, что быть князем — большая ответственность и опасность, поэтому сделаю все, чтобы ее обеспечить.

* * *

Остаток летних каникул совершенно ничем примечательным не запомнился. Сашка часто гостила у Влада, а незадолго до начала учебного года и вовсе уехала к нему пожить. Васильевы предложили ей своих учителей, которые помогли бы девушке подтянуться по учебе и поступить в академию, так что у Сашки все было на мази.

С Кириллом мы наведались к персту Васильевых уже после вече и я, как глава рода, официально признал его в качестве Гущина.

Большую часть времени нам пришлось повозиться с заводом. После взрыва он сильно пострадал, и для восстановления пришлось местами возводиться новые стены и крышу. С ремонтом мы провозились почти до самого сентября. Маша злилась на меня из-за того, что я целыми днями пропадаю на заводе, а когда я пытался уделить ей немного внимания, обиженно уходила к себе.

Наконец, пришло время возвращаться в академию. Здесь нас тоже ждали изменения.