— Где он сам?
— Пал в бою с охраной.
— Почтим его память как будет более удачное время, а пока сделаем то, что должно!
Очаговцы навалились на двери и раскрыли обе створки, ведущие в приемный зал. Мы вошли внутрь, и я невольно осмотрелся по сторонам. Красная дорожка тянулась от входа к самому трону Великого князя, а по бокам стояли колонны, поддерживающие потолок. Советникам и гостям предназначалось стоять по обе стороны от дорожки, пропуская к Великому князю всех, кто приходил с прошением или известием.
Сейчас в комнате был только сам Преображенский. Василий Кириллович сидел на троне, положив одну руку на подлокотник, а второй обхватив лоб. Услышав как распахнулись двери, он поднял голову и ухмыльнулся. Великий князь сидел совсем один. Неужели все союзники бросили своего повелителя, или на самом деле все не так просто?
Глава 14 Преображенский
— Все-таки пришли, — заключил Преображенский и поднялся с трона. Он сделал пару шагов в нашу сторону и призвал пламя, окутавшее его с головы до пят. С удивлением я отметил, что огонь был красного цвета. — Признаюсь, я до последнего гадал кому же хватило смелости открыто противостоять мне. Нет, Серпухова и Глебова я ожидал увидеть в рядах врагов, но вот тебя, Рымин…
— Ты перешел все рамки дозволенного, Василий Кириллович, твои действия порочат звание Великого князя. Стране нужен сильный лидер, который сможет сдержать натиск снаружи и обуздать тех, кто рвется к власти изнутри, — Александр вышел вперед и посмотрел в глаза Преображенского. Первым эту зрительную дуэль проиграл действующий Великий князь.
— Ты что ли? — Преображенский округлили глаза и огляделся вокруг. — Вы серьезно хотите привести к власти военных? Захотели поиграть в солдатиков, ребята? Только знайте, что война и управление государством — это вам не деревянных человечков по карте двигать. Если бы вы хоть что-то смыслили в этом, то понимали, что власть не отдают просто так, ее можно только отнять!
— Не суди по себе, Преображенский… — вмешался один из волхвов, который вошел в комнату одним из последних, но его слова утонули в грохоте.
Великий князь ударил в ладони, призывая свою силу. Это был знак для верных ему людей. Многочисленные тайные двери в стенах тронного зала с шумом открылись, и оттуда высыпали воины. Каждый из них был ранга пятого-шестого, не меньше.
— Принесите мне головы Рымина и мальчишки Островских! — заорал Преображенский, но нас уже прикрыли воины.
— Александр Степанович, это не ваша битва. Мы не можем вас потерять, — услышал я голос рядом, но Рымин настоял на своем.