— И почему существует живорождение, когда есть такой прекрасный способ вылупления?

Максимилиан посмотрел на меня с изумлением, а однокурсники, переглянувшись, рассмеялись. Вылупление продолжилось. Четыре прекрасных ящерицы уже появились на свет, а вот пятый ящеренок запаздывал. Внезапно яйцо словно начало сереть, терять краски. Мы сразу заподозрили неладное. Дейн переглянулся с Максимилианом, и оба нахмурились.

— Справишься? — тихо спросил у Владыки оборотень, и его величество кивнул. Теперь уже обратились к нам: — Так, студенты, дальше без вас. Собираемся и выходим из заповедника.

— Но… — попытался запротестовать Элай, но под суровым взглядом магистра стих.

Мы все понуро побрели к выходу, захватив с собой одежду. Когда мы вышли и вдохнули морозного воздуха, я осторожно спросила:

— Как думаете, последний выживет?

Парни пожали плечами.

— Дейн сказал выходить из заповедника, поэтому идемте, — посоветовал Арк-Вирт и вновь усадил Рами себе на плечо.

Мы направились к выходу. Мне было страшно за младшего. Я вдруг вспомнила, что роды у леди Клоретт, второй жены моего отца, проходили сложно, и говорили, что появление здорового мальчика — чудо. Тогда не обошлось без чудодейственной пыльцы. Быть может, и сейчас она поможет? У меня с собой было немного — в медальоне. Когда там заканчивалась пыльца, я всегда пополняла запас.

У калитки я остановилась.

— Кажется, я забыла варежку, — внезапно сказала я, зажимая обе в карманах, — видимо, она выпала, когда мы раздевались. Вы идите, а я вас догоню.

Ребята переглянулись, судя по всему, не особо поверив в мою ложь, и одни вернулись в общежитие. Пока шла обратно, пару раз чуть не поскользнулась, удерживая равновесие в последние секунды. Так и добрела до сарая. Понимала, что меня будут ругать за то, что вернулась, но спасти жизнь маленькой саламандре стало важнее. Влепят очередное наказание? Пусть! Свои я уже отработала, можно и новые получить. С меня не убудет.

Я открыла двери и застыла, не в силах пошевелиться.

Просто там, в сиянии огня, у топчана стоял его величество. Его руки лизало пламя, оно же прикасалось к одежде, но не причиняло никакого вреда. Он ласкало его, словно было создано для него. Нет, не так… словноон был создателем этого пламени. Какой силой он обладает? Как смог приручить самую опасную стихию — огонь?

Я сделала испуганный шаг назад, задела вилы, и те с грохотом упали на пол. Это привлекло внимание обоих мужчин: Дейна, стоявшего поодаль у стены, и Максимилиана, который резко обернулся ко мне.

Его зрачки вновь были вертикальными, а на висках что-то блестело золотом. Нечто-то , ачешуя . Я сглотнула, не понимая, что я вижу. Или все-такипонимая ?