Мне было приятно, что она запомнила мои слова. Сама Айрис была чудесной, милой, доброжелательной девушкой, которой я искренне желала счастья.

— Мы такие разные, и каждая восхищается другой, — сказала я. — Ты словно лучшая версия меня… той меня, которой бы все хотели видеть.

Айрис зарделась, хихикнув, и вытащила первый портрет. Едва она потянула за раму, как активировалась магия заклинания, и теперь портреты висели по стенам гардеробной, словно в картинной галерее.

Дочь маркиза начала рассказывать смешные истории из детства, связанные с каждым портретом. Я тоже делилась воспоминаниями и, когда мы дошли до последнего, где она была уже изображена взрослой, красивой девушкой, я восхищенно вздохнула.

— Портреты очень искусны, под стать их живому воплощению, — улыбнулась я. — Айрис, пока я рассматривала, в моей голове крутился странный вопрос. Если позволишь, я его озвучу. Почему ты не хранишь картины на видном месте, даже если на полке в своей спальне?

— Из-за мамы, — поморщилась девушка. — Раньше она любила всем подругам показывать мои портреты, хвастаться мной… это заклинание было в гостинной. Но я выкрала их года четыре назад и перенесла к себе, со временем сюда добавились и свежие портреты, но теперь я чувствую, словно моя жизнь и моё детство под защитой в этой гардеробной, а мамины подруги не смотрят на меня как на наивную девочку. Причем, в той гостиной бывали не только её подруги, но и их сыновья… Как ты понимаешь, подросток очень остро воспринимает подобные вещи.

— А вот и первый протест, — поиграла я бровью, и Айрис развела руками.

— Первый и единственный. В остальном я послушная девушка.

— Скажи… а ты не задумывалась над учебой в магической академии? Судя по тому, как ты активировала заклинание, не прикасаясь ни к какому артефакту, магия в тебе есть.

— Это не моё, — поморщилась девушка. — О, мы совсем увлеклись и забыли о времени… нужно поторопиться.

Я кивнула. Мы с Айрис поспешили на выход, переговариваясь — обсуждая, кто из гостей должен прийти и с кем. По пути я так торопилась, что оступилась, и едва не потеряла туфельку — ох уж этот размер… Я остановилась у стены, чтобы поправить её, когда услышала взбудораженный голос Айрис:

— Это вы! Рада нашей новой встрече.

— Как и я, прекраснейшая леди Айрис, — пронесся магическим зарядом по моей коже до боли знакомый голос.

Я медленно, очень медленно выпрямилась и устремила взгляд чуть дальше, буквально на два метра в сторону, где и стояла пара. Изящная и звонкая Айрис Эйфери и невероятный и великолепный Максимилиан Раманский. Наконец, он словно почувствовала мое внимание и скосил взгляд. Улыбка быстро сошла с его лица, едва он меня заметил. Моё сердце заколотилось быстрее.