Унести много у меня не вышло бы, и, выбирая, забрать ли свои трусишки или брюлики, я выбрала второе.

Вдобавок в моем чемодане коллекционное издание «Азбуки» Лебедева, одно из первых изданий «Братьев Карамазовых», «Войны и мира» и макбук мужа.

— Стоять! — рявкает Демьян.

— И не подумаю.

Муж вырывает у меня чемодан и скидывает его со второго этажа. Переваливаюсь через перила — чемодан помялся, но замок не раскрылся.

Перепрыгивая через ступени, добираюсь до первого этажа.

— Куда намылилась, Юлька? — звучит злое сзади.

— От тебя подальше, — отвечаю, не глядя на мужа.

— Ну и дура! Сидела бы на жопе ровно да молчала.

Круто поворачиваюсь к нему:

— Помалкивать, в то время как ты на прием к мэру берешь свою шлюху?

— Поаккуратнее на поворотах, Юля. Она мать моих детей!

— А я кто тогда? Или забыл, что я тебе дочь родила? — отчаянно срываюсь.

Демьян шумно выдыхает, ставит руки в бока:

— В общем, так, Юлек, расклад следующий: ты топаешь назад, ныряешь мордой в подушку, ноешь, успокаиваешься, а потом выходишь и общаешься со мной любезно и уважительно.

— А это видал? — показываю ему средний палец. — Как тебе мой ответный аргумент?

Демьян запрокидывет лицо к потолку и громко смеется.

— И кому ты нужна после меня, Юлька? Такая забавная, не могу. Или что, думаешь, на канал и тебя возьмут? У меня для тебя новость: ты старая, Юля. А старые телеведущие никому не сдались. Тем более ты не работала пятнадцать лет! Или что, полы пойдешь мыть да жрачку в общепите готовить? — и заливается хохотом, довольный собственной шуткой. — Тут да, тебя по-любому возьмут! Такие на вес золота, Юлька! На сегодняшний день это все, что ты умеешь.

***

Передо мной двигается мужская рука, и я выныриваю из воспоминаний.

— Так что, Чародейкина Юлия, твое резюме? — спрашивает Китанов.

Расклад, как ни крути, дерьмовый.

По всей видимости, Котов как-то узнал мой пароль от страницы на портале, зашел и изменил мое резюме!

Опыт — общепит.

Фотка — самая уродливая, где я с опухшим лицом, зеленая после отравления.

А вот зарплату он не менял, но я и не удивлена — на такую зарплату с подобным опытом не возьмут. Наверняка Демьян хотел, чтобы никто мне не звонил и я так и не устроилась на работу.

Но Китанов мне почему-то позвонил.

А может, есть вариант из кухни в телевизор? Гавриил поймет, что я самая подходящая кандидатура для серьезных новостей, и повысит меня? А? План-капкан, я считаю.

— Мое, — отдаю ему обратно резюме.

Гавриил Львович демонстративно смотрит на часы и поднимается:

— У меня нет времени с тобой языком молоть, Чародейкина, — проходит мимо меня. — Да-да, нет-нет. — И рявкает так, что стены сотрясаются: — Лена! Анатольевна!