Я очнулась, будто вынырнув из ледяной воды. Схватилась за голову, но она на удивление не болела. Хотя я отчетливо приложилась затылком о бетонную урну, когда меня толкнул грабитель.
– Бедняжка, говорят, она так плакала, что лишилась чувств, когда Его Высочество сказал ей обо всем.
– А на что эта оборванка надеялась? Конечно, она ему не пара! Он и в замок-то ее притащил из жалости!
Я резко повернулась на странные слова. Дверь была приоткрыта на щелочку. Через нее я увидела двух девушек. Одетых, как горничные прошлых веков! Они, как вспугнутые мыши, шмыгнули прочь. Я же медленно обвела взглядом комнату. Точнее, огромную библиотеку… Это не моя квартира! И не больничная палата! Мебель вся массивная, резная, бархатная обивка и шторы… А главное, подсвечники и полное отсутствие обычных ламп!
Голова еще немного кружилась, и я встала, придерживаясь за спинку кресла. Не зря! Ведь от нахлынувших воспоминаний я покачнулась. Это… это же не моя память! Меня не звали Катриной, не кляли за спиной за разные колдовские глаза. Я не бегала босиком к колодцу за водой и не месила серое тесто, в которое добавляла жесткие зернышки сорняков, чтобы было сытнеее. Я в шоке уставилась на свои загрубевшие ладони, тронула кончик каштановой косы.
– Я что… теперь эта Катрина? – прошептала я одними губами.
Я подбежала к двери. Но не для того, чтобы выйти наружу. Просто ручка была гладкой и блестящей. А значит, наклонившись, можно заглянуть в нее, как в зеркало! Отражение оказалось весьма кривое, но достаточное, чтобы понять, что это не мое тело! И не мои разные глаза: один был небесно-голубым, второй отливал не то болотной зеленью, не то янтарем. В этом мире крайне плохая примета. Двуличные, проклятые, сосуды пустые – вот, как здесь звали таких людей. Из-за того, что как раз-таки в тела разноглазых порой вселялись души из другого мира. Попаданцы.
За дверью загрохотали шаги. Я отпрянула, прижав ладонь к груди. Сердце заколотилось. Как-то… инстинктивно. Тело Катрины помнило, что так стучат тяжелые сапоги стражи. Тем более, если к шагам примешивается позвякивание оружия.
– Это может быть опасно, Ваше Высочество…
– Опасно? Я скручу эту девицу одной левой. Я пойду один.
Я узнала этот голос. Сердцем. Оно ухнуло в пятки. О, Катрина любила своего принца до одури! И боялась потерять его расположение до дрожи. Он умел едва скривить губы – и человек рядом ощущал себя ничтожеством. Но не на ту напало Его Наглейшее Высочество! Я к его ногам падать не собиралась! Морочил голову бедняжке, а теперь решил жениться на выгодной партии? Роль любовницы – это не для меня.