Он спешился и неторопливо обошёл «Егеря» кругом, остановился у левого борта, постучал костяшками пальцев по броне, заглянул в кабину. И напыщенно громко усмехнулся, с явным удовольствием.

— Мы вам помогать приехали, — не выдержал Петрович. — А вы нос воротите!

Охранники у ворот переглянулись, один сразу фыркнул, пытаясь сдержать смех. Второй не стал сдерживаться и заржал в голос. Командир тоже усмехнулся, но тут наши взгляды встретились.

Он кашлянул, отвёл глаза и пробормотал:

— Надо господину доложить, — сказал он, развернулся и быстрым шагом направился в сторону КПП, на ходу достав телефон.

Я активировал Руну Ощущения на полную мощность и направил её следом за командиром. Такой шаг стоил мне изрядного количества энергии, но сейчас траты не имели значения — нельзя, чтобы контракт виконта сорвался, а значит, я должен знать достаточно.

Так… он уже до кого-то дозвонился…

Голоса доносились приглушённо, однако достаточно отчётливо.

«…какие-то оборванцы, ваше сиятельство. На битой машине, без лобового стекла. Старик за рулём, молодой дворянин в дешёвом костюме, и ещё кто-то сзади прячется…»

Ответил другой голос, более низкий и властный:

«Майор Коновалов их прислал?»

«Так точно, ваше сиятельство. В бумагах его рекомендация».

Затянулась пауза. Похоже, виконт взвешивал варианты.

«Андрей Викторович не стал бы присылать откровенную бездарность…»

И тут послышался другой звук — виконт, судя по всему, взял ещё какое-то переговорное устройство.

«Да, слушаю… Нет, пока никого достойного. Может, опытные отряды прознали о моих… разногласиях с бароном Вахрушевым и не желают сюда соваться?..»

Интересно. Очень интересно. Тогда понятно, почему виконт не использует собственную гвардию для охоты на монстров, если у него конфликт с соседом. А гвардейцы нужны здесь, на месте, для защиты владений. Отправить их гоняться за монстрами означает оголить имение. Да и опытные вольники это понимают: влезать в чужие дворянские разборки себе дороже. Этот барон Вахрушев и обидеться может, что кто-то решил помочь его врагу.

Но уж мне-то точно плевать на чужие обиды и конфликты. Моя цель — воскресить Руха, и ради этого я готов ввязаться хоть в сотню чужих войн, если придётся.

— О чём задумались, Антон Игоревич? — тихо спросил Петрович.

— О том, почему виконт не отправит на охоту своих людей, — спокойно ответил я. — Настоящие воины закаляются в бою, а не на КПП у шлагбаумов.

— Может, гвардия не шибко большая, а территорий тут… прилично? — предположил старик. — Тогда она для другого нужнее: земли охранять, границы патрулировать, господина защищать. Особенно если с соседями нелады.