— Да-да, проходите, проходите. — Он махнул рукой и тут же дёрнулся, услышав какой-то шорох из клетки. — Простите, я немного устал… Ариша совсем плоха. Третий ветеринар за неделю, и все разводят руками.

Он подвёл меня к клетке, и я наконец увидел пациентку.

Теневой реликварий. Птица размером с крупную ворону, с сине-серым оперением, которое должно переливаться в темноте. Но сейчас перья торчали клочьями, а на крыльях проступали уродливые чёрные пятна. Птица сидела на жёрдочке нахохлившись и мелко дрожала.

Руна Ощущения сразу показала, что Каналы Силы птицы истощены. Энергия, которая должна была согревать её изнутри, утекала к яйцам, лежащим тут же, в уютном гнезде. Организм матери-птицы пытался компенсировать потерю, сжигая собственные ткани. Теневые железы, которые отвечали за мерцание оперения, страдали первыми.

Классическая гнездовая лихорадка. В эпоху Предтеч она нередко случалась у по-настоящему крупных птиц. Тогда над лечением трудились целые поселения, чтобы поставить огромную птицу на ноги. Ну, или на лапы.

— Гнездовая лихорадка, — произнёс я выпрямляясь.

Воронов изумлённо уставился на меня.

— Что, простите?

— Она отдаёт слишком много тепла и энергии яйцам, — пожал я плечами. — В итоге организм начинает сжигать собственные ткани как источник Силы. Первыми страдают теневые железы и система теплообмена — отсюда пятна на крыльях и падение температуры. Нужен Гнездовой эликсир.

— Гнездовой… что? — Воронов нахмурился. — Никогда о таком не слышал. А я, поверьте, прочёл всё, что только можно прочесть о разведении подобных птиц.

— Для него потребуется Гнездовой узел, — продолжил я, не обращая внимания на его скепсис. — Это вы должны знать. Орган, который есть у крупных птиц вроде ночных фениксов, штормовых виверн и им подобных… Также нужна серебристая полынь, чистая вода… — Тут я замялся, пытаясь подобрать современное слово. — … максимально очищенная, без примесей. И спирт.

Несколько секунд граф молчал, потом его лицо начало багроветь.

— Вы… вы издеваетесь⁈ — взревел он.

— Нет, — ровным тоном ответил я.

— Такого лекарства не существует! — Граф всплеснул руками. — Я консультировался с лучшими специалистами Империи! Полынь токсична для большинства таких птиц, это знает любой опытный птицевод! Штормовые виверны обитают только в Южной Америке и стоят как… как крыло самолёта! Где я вам их возьму⁈ А фениксы… вы, видимо, не в курсе, что они давно вымерли⁈ И вообще, Гнездовой узел есть только у крупных редких птиц, которых никто в здравом уме резать не станет!

Он перевёл дыхание и ткнул пальцем в сторону двери.