— С этим нужно заканчивать, — недовольно скривился глава храма и дал отмашку, после чего один из паладинов вздохнул и поднялся на ноги.

— Великолепный культ Ароса, святые паладины, защитники всего хорошего от всего плохого, — продолжал говорить я, придавливая стража к земле ещё сильнее. — Но почему я не удивился, когда увидел твою заплывшую от жира рожу? Да-да, к тебе обращаюсь, ублюдок. Сидишь и устраиваешь цирк под взором богов! Ты главная проблема этого города! Не понимаю только того, как ты умудрился стать во главе этих магов! Ха-ха-ха, ах да! Арос же учит смирению, конечно же! Терпи и жри брошенную кость, да⁈

Я и сам не заметил, как вдруг в храме стала намного тише. Меня стали слушать даже прихожане, ведь я сделал то, о чём многие из них мечтали по ночам. Подхалимы и подлизы, лицемеры и подлецы — все они не могли позволить себе такой роскоши как правда. Правда сказанная в лицо.

И зажиревший глава храма кажется тоже оказался шокирован. Давно он не видел подобного неповиновения, ведь культ Ароса довольно популярен и является доминирующим среди людей. Он так привык, что все видят в нём отражение бога, что забыл кем является на самом деле. Однако покаяния не последовало ни от кого, ведь очень быстро шок сменился ненавистью. Словами я достучался вовсе не до истины, а наоборот лишь пробудил ещё большие пороки в душах тех, кто называл себя служителями Света.

Последним из шока вышел паладин, который уже подошёл ко мне почти вплотную и сжимал меч в руке. Он смотрел на меня сверху вниз и не мог поверить в то, что услышал в стенах храма такие грязные слова. Затем обида сменялась гневом и снова обидой, создавая порочный круг, который с каждым витком добавлял ему решимости. Обернувшись к главе храма, он получил одобрение:

— Всем и так всё знают о тебе бастард, — успокоившись произнёс глава храма. — Трижды проклятый ублюдок Флорианов, ты позор всего рода человеческого и удивительно, что ты дожил до такого возраста, монстр рождённый человеком. Отправь его к богам.

Самое забавное, что скидывать меня со стража никто не стал. Я продолжал сидеть на нём и придушивать цепью. Впрочем, последние слова перед смертью мне вырвать с боем удалось можно и помирать.

— ЧТО ТУТ ПРОИСХОДИТ⁈ — внезапно прогремел голос и с шумом отварились двери в зал, после чего внутрь вошли солдаты.

Быстро они рассредоточились по периметру, оцепили места прихожан и выстроились кругом вокруг меня, при чём выстроились в два ряда, один смотрел на меня, а второй напрягал паладинов. Однако оружие в руки пока что никто не взял, хотя ладони и паладинов, и солдат легли на рукояти топоров, булав, ну и конечно же мечей. Солдатов было значительно больше, но выглядели они… не так грозно как паладины в своих сверкающих доспехах.